— Загорел, — замечает отец. — Как водичка в Сочи?
— Могла бы быть и почище, но ты и сам это прекрасно знаешь.
— Сочи, — фыркает себе под нос Ираида. — Каждому свой уровень?
Ираида ластится к плечу отца, буквально пожирает его взглядом, будто перед ней не мужчина, которому за шестьдесят, а секс-символ с телом фитнес-модели.
— Я думал, вы в ссоре, — замечаю ровным тоном.
— Тебе показалось, — вторит отцу Ираида. — У нас были небольшие островки непонимания, которых не стало. Чувства вспыхнули с новой силой. Огонь истинной любви нельзя погасить бытовыми разборками…
Не верю я в ее чувства, которые якобы вспыхнули по-новому.
От Ираиды за километр несет фальшью. Удивлен, что отец этого не чувствует или он просто привык играть в пластмассовых куколок.
Отец поглаживает Ираиду по плечу, перебирает рыжие пряди пальцами.
— Супруга рассказала мне забавную историю. О том, как ты, мой сын, пытался настроить ее против меня. Как рассказал о разводе, о планах.
Глаза отца вспыхивают.
Я скрещиваю руки под грудью.
— Да. Хотя теперь понимаю, мог бы этого не делать.
— То есть ты сожалеешь о том, что сделал?
— Нет. Не сожалею. Я попытался тебе помешать, не выгорело. Но извинений ты от меня не дождешься. Вы отличная пара. Хорошо пригрелись. То еще змеиное кубло!
— Вениамин, — со слезами в голосе произносит Ираида. — Он снова меня оскорбляет. Ты же видишь. Постоянно выставляет в дурном свете. Очернить пытается… мне обидно до слез! До боли в груди.
— Ню-ню-ню, — целует в висок свою женушку отец. — Я сам с ним разберусь, а ты иди к себе. Отдохни…
Ираида вспархивает, отец отвешивает ей шлепок по заднице.
— Отдохни с полчасика, а потом собирай свои шмотки, — добавляет ей вслед холодно.
Ираида спотыкается, едва удержавшись на высоченных каблуках.
Оборачивается с шоком в глазах:
— Что слышала. Собирай шмотки. Ты хотела отдохнуть? Отдыхай. На отдых полчаса. На сборы — пятнадцать минут. Что успеешь собрать за это время из подаренного мной, то твоим и останется при разводе. На выходе бумаги подпишешь и вали на все четыре стороны.
— Но как же так? Как же так… Вень…
— Свободна! — отмахивается отец.
Рядом с Ираидой вырастает две фигуры охранников, которые подталкивают ее к лестнице.
— Как же так, Веня! Я же… люблю тебя! Я все ради тебя… Я порвала с бывшим! Я только тебя одного люблю! — кричит, поднимаясь по лестнице.
— Проследите, чтобы она не гребла все раньше отведенного времени! — напутствует отец.
