Несколько раз моргнув, она вытирает слезинки.
— Нет. Ты снова не так все понял. Я просто подумала, какие бы решения я ни принимала, сколько раз с места на места переезжала, перескакивала… Родители всегда меня поддерживали, даже если я косячила и подводила. Звонили, спрашивали, как дела? Это так важно, когда кому-то не плевать, как у тебя дела. И, даже если все очень плохо и обо всем не расскажешь, на душе становится немного легче. Мне просто обидно, что у тебя не было такой поддержки… Это не жалость. Это сочувствие. У тебя плохо с разбором эмоций.
— Да, наверное. Не очень. Но насчет поддержки ты не права. У меня есть друзья. Давно вместе… Примерно с тех самых пор, как я ушел из семьи.
— Мне захотелось позвонить и сказать своей семье, что я их очень сильно люблю. Всех.
— Телефон оставила в комнате. Потом позвоню, обязательно позвоню! — вытирает остатки слез. — Мне кое-что рассказали. Может быть, ты в курсе, конечно. Но все же скажу.
При упоминании этого имени лицо Шатохиной неуловимо меняется, застывает, кожа становится чуть бледнее, а на шее выступает быстро бьющаяся венка.
— Что хотела? Я ей уже заплатил.
— Просто она считает нужным контролировать. Напоминает, что нельзя разочаровывать клиента. Любит держать руку на пульсе. Она сказала, что твой отец неизлечимо болен. Сведения из проверенных источников. У кого-то из ее знакомых есть доступ к медкартам…
Я шокирован. Мой отец выглядит бодрым, полным сил. Конечно, у нас дерьмовые отношения, но он все же мой отец, и я до сих пор помню, как он учил меня кататься на велосипеде, как собирал со мной миниатюрные модели яхт, автомобилей, самолетов… Больше всего мне нравились именно они — резвые железные птицы, способные унести в небо.
— Значит, ты не знал. Послушай, я точно не знаю. Но Марго говорила так уверенно! К тому же она начала раздавать советы, и сказала, что я ничего не должна ей за сгоревшее дизайнерское платье, а она не из тех, кто тратится по пустякам.
— Сам подумай. Говорит, что если Кречетов-старший болен, то скоро все достанется тебе. Марго советовала держаться за тебя старательно и учиться получать желаемое, управляя тайком.
Марго. Как же меня бесит ее имя. В голове всплывают слова, брошенные вскользь Леной.
Контроль. Держать руку на пульсе. Подсказки… Наказание… Было что-то про наказания. Промелькнуло. Надо будет уточнить.
Бесит меня эта Марго. Рука она на пульсе любит держать! Выискалась рабовладелица… Надо избавить Шатохину от ее ига. Но сначала нужно узнать, чего хочет сама Лена.
— И ты собираешься следовать ее советам?
— Вот еще… Ага. Сначала тебе рассказала все, а потом буду делать то, что рассказала.
— Плохая из тебя шлюшка, Шатохина. Оооочень плохая. Мамку не слушаешь. Разочаровываешь меня постоянно. Не любишь совсем… — вздыхаю.