Автор
В зале изгнанников Алилов снова и снова набирает номер жены, но в ответ — протяжные гудки. Два звонка, три, еще несколько. В последнее время чтобы дозвониться Полине требуется упорство. Разговор с женой теперь медленен, напряжен. Ей уже не до эмоций: она по документам — жена, но в жизни он ей чужой и незнакомый человек, предоставленный им штампами в паспорте. Это начало их бесконечной трагической симфонии безвозвратных разрывов....
Не проходит и пяти, как на всю квартиру начинает трезвонить оповещение домофона, и, услышав в трубке знакомый голос, я впускаю мужчину в подъезд.
‒ Доброе утро, Яночка. ‒ На пороге Ивлев ‒ вылизанный, лощёный и настолько надушенный, что едва не закрываю нос от обилия ароматов.
‒ Доброе, ‒ стою в дверях, ожидая документы, но мужчина протискивается внутрь, нагло отодвигая меня. ‒ Да, хорошая у вас квартира, ‒ беспардонно заглядывает в детскую, а затем в спальню Нины, пока я, опешившая от его наглости, не преграждаю путь.
‒ Константин Павлович, документы, ‒ протягиваю руку, ожидая обещанного.
‒ Ну что же вы, Яночка, даже кофе не угостите начальство? К тому же это оригиналы, оставить не могу, увы, ‒ улыбается, размахивая папкой перед моим носом. ‒ Подожду, пока вы отсканируете.
Не нравится мне поведение Ивлева, но приходится согласиться, чтобы не брать на себя ответственность за сохранность оригиналов.
‒ Сюда, ‒ завожу мужчину в небольшую комнату, которую уже давно оборудовала под кабинет со всей необходимой техникой.
Ивлев усаживается в кресло, внимательно наблюдая за моими манипуляциями, чем откровенно напрягает. Я молчу, занимаясь необходимым делом, пока он нагло пялится на мои ноги, жадно облизывая. Неприятный, липкий взгляд, который хочется стереть.
‒ Яночка, а у вас мужчина имеется? ‒ Вопрос настолько неожиданный, что кипа бумаг падает на пол из моих рук.
‒ А какое вам дело до моей личной жизни? ‒ встаю в позу, не желая распространяться. Да и кто он такой, чтобы интересоваться, с кем я сплю и сплю ли вообще.
‒ Ну как же, молодая девушка, красивая, ‒ тонкие губы растягиваются в надменной ухмылке, ‒ вдова к тому же. Не может же такая красота существовать в одиночестве, не правда ли?
‒ Такая красота, ‒ отвечаю в той же тональности, ‒ без проблем может позаботиться о себе сама.
‒ А как же сексуальная жизнь?
Задыхаюсь от наглости моего собеседника, поднимаюсь во весь рост и вручаю документы. Точнее, почти бросаю в него, зло прыская:
‒ Документы отсканировала.
‒ Зачем вы так, Яна? ‒ отталкивается и вскакивает, оказываясь передо мной. Ивлеву за сорок: высокий, широкоплечий мужчина, значительно превосходящий меня по силе. ‒ Я ведь знаю, что у вас ипотека на эту квартиру, ‒ окидывает взглядом комнату, ‒ да и сын имеется.
