По тихой лесной дороге мы шли к штабу дивизии — весело щебетали птички, осенний солнечный свет радовал сердце. В третью декаду ноября всё ещё тепло и ярко, даже вдали можно увидеть расцветшие листья. Я бы неплохо отдался бы такой свежести природы, но шинели уже не ждут — зима почти рядом....
Если бы не шапка, убил бы нахрен, а так тот только кувыркнулся несколько раз через голову, а потом сидел и просто башкой тряс. Лейтенант видел только конец драки. Разбираться, кто виноват, не стал, пригрозил трибуналом, и влепил обоим по три наряда. А когда выкопали ровик для миномёта, выделил одну сапёрную лопату на двоих и послал копать яму.
— Ладно, я понял, отдыхайте пока, а я взводного поищу. — Мне хотелось разузнать последние новости и поговорить насчёт нарушителей.
Комвзвода я не нашёл, оказалось, что их вместе с ротным вызвали в штаб полка, и старшим на батарее оставался младший лейтенант Пучков.
— Ну, что Рафик брат, я вижу ты у нас как огнетушитель. — Пытаюсь изобразить кавказский акцент.
— Э, а при чём тут огнетушитель?
— А тебя пока не ёб…шь, ты не заработаешь. — Перехожу я на русский командный. — Копаете окоп полного профиля на двоих, сектор стрельбы — вдоль оврага, вон в том направлении, — указываю рукой. — Время вам до ужина, справитесь раньше, доложите. Старший Гусев. — Заценив открывшуюся перспективу, корректирую я приказ взводного. Так как очередное яблоко, стукнуло меня по темечку.
— Кстати. Почему не доложили про взыскание?
— Растерялся, — пожимает плечами Вася.
— А ты не спрашивал, товарища сержант. — Отмазывается Махмуд.
— Приступить к выполнению приказа, — отдав команду, я разворачиваюсь и иду в расположение роты. С каждым шагом, накопившаяся усталость всё больше давала о себе знать и последние метры до позиций я практически ковылял. Хорошо, что место для отдыха бойцы уже приготовили, так что присев на лапник, пристраиваю рядом карабин и, накрывшись шинелью, заваливаюсь спать, привалившись к кому-то спиной.
