В громадном кабинете Петра Сергеевича всё дрожит от напряжения. Он идет по широким дорожкам, готовясь к большой схватке. Только что он узнал о подготовки атаки на владения Антоновых, несмотря на то что планы изменились, теперь приходится действовать быстро.
— Ну, здоров, коль не шутишь, — в своей, нарочито простонародной манере отозвался Сирота, — чего хотел?
— Да вот, незадача у меня, — начал Пётр Сергеевич…
Пара минут ему потребовалась на то, что бы вкратце поведать собеседнику о том, что с ним случилось сегодняшним погожим утром…
— Что сам-то думаешь? — хрипло поинтересовался Павел Григорьевич.
Пётр Сергеевич про себя отметил, что в голосе старого прожжённого жулика отчётливо сквозил страх. И это его здорово насторожило. Дело отчётливо запахло керосином, как любила выражаться его давно покойная бабуля.
— Точно не скажу, — Пётр Сергеевич, действительно, не был уверен ни в чём, — думаю, это история со Строцци нам аукается.
— Думаешь, Строцци? — переспросил его собеседник, потом, по стариковски покряхтев в трубку, продолжил, — если это они, то всё очень плохо…
— А что они могут? — поинтересовался Пётр Сергеевич.
— Они могут многое, — донёсся до Овечкина встревоженный голос, — например, обратиться к своим мафиози, оплатить им услуги, и просто подождать, пока им принесут наши головы…
— Обнадежил ты меня. Пал Григорич, — вздохнул Овечкин.
— Ты меня здорово озадачил этим своим известием, — признался Сирота, — теперь меня очень интересует, откуда они могли о тебе пронюхать, и что им, вообще, стало известно…
— Да я сам теряюсь в догадках, но, лошадиная голова то мне не привиделась…
— В том-то и дело, Петенька, в том-то и дело, — тихий голос собеседника шелестел в трубке, словно лист, гонимый ветром по асфальту, — и, знаешь, что, Петенька, я тебе посоветую…
— Что? — господину Овечкину действительно было до невозможности интересно, что ему посоветует этот стреляный воробей.
— Беги, Петенька, беги, — голос в трубке невесело так хохотнул, — и я тоже спрячусь, от греха… И, спасибо тебе, Петенька, за звонок…
Глава 9
Приступ
— Уфф… — я с надсадным хрипом выдохнул, отваливая в сторону тяжеленный фрагмент композитной плиты, совсем ещё недавно бывшей частью брони шагающего танка.
Осмотревшись и вслушавшись в опустившуюся на поле боя звенящую тишину, тяжело опустился на бруствер.
Вокруг дымились остовы военной техники. Где-то недалеко прозвучал одиночный взрыв. Это, наверное, огонь таки добрался до боеукладки ещё одного танка…
Позади тяжёлый бой. Запредельные физические и психические нагрузки… Но мы таки отбились.
В кармане завибрировал коммуникатор.
