– Но вы не знаете, чего мне хочется…
– Как не знать! Жареная картошка, жирные бургеры….
– Картофельные чипсы, – объявил он.
– Слишком много натрия.
Спор о правильном питании продолжался все то время, пока Мишель направляла его с одной проселочной дороги на другую.
– Неужели вы никогда не позволяете себе немного отпустить вожжи?
– Я доктор, поэтому и обязана следить за собой.
– Значит, докторам не позволяется съесть что-нибудь вкусненькое?
– В жизни не предполагала, что мой гость окажется таким нытиком. Это папочка обожает есть всякую дрянь. Вам следовало поселиться с ним! – выпалила Мишель, тут же испугавшись, что покажется ему злобной фурией.
Но Тео великодушно дал ей возможность доказать, что она не полная зануда и чванливое напыщенное ничтожество.
– А как проводят свое свободное время здешние жители? Мишель пожала плечами:
– О, ничего особенно изысканного… самые простые развлечения… ходят в кино, обмениваются рыбачьими байками за Кружкой пива, приносят что у кого есть и устраивают обеды в Доме ветеранов иностранных войн, навещают соседей, чтобы сравнить урожай томатов, и, разумеется… неувядающе популярное занятие… секс.
– Что? – переспросил он, уверенный, что не так расслышал.
– Секс, – с невинным видом повторила она. – Занимаются сексом. Море секса.
– Так и знал, что мне это местечко понравится, – засмеялся Тео.
– Вон там дом Дарила, – показала Мишель. – В конце дороги.
Тео хотел припарковаться у обочины, но таковой не существовало. Да и подъездной дорожки тоже, поэтому он поднялся по травянистому откосу и остановил машину у потрепанного фургона «шевроле». Двухэтажный домишко из вагонки отчаянно нуждался в ремонте. Прогнувшиеся ступеньки выглядели так, словно в любую секунду провалятся.
Из-за сетчатой двери за ними наблюдала Черри, жена Дарила. Едва гости вышли из машины, как она выбежала на крыльцо и радостно им помахала.
– Как любезно, что вы нашли время заехать, доктор Майк! Дарил просто на стенку лезет. Он не любит жаловаться, но могу с уверенностью сказать, что боли усилились.
Тео взял у Мишель медицинскую сумку и пошел следом. Она представила его хозяйке. Черри хлопотливо вытерла руки о передник и пожала Тео руку. Этой простоватой женщине с обветренным лицом, по его предположению, было лет сорок, но улыбка совершенно преображала ее. Черри <Вишенка (англ.).> ее прозвали, вероятно, из-за ярко-рыжих волос.
– Я все о вас знаю от нашего старшего сына Эллиота. Никогда еще не видела его в таком волнении, – продолжала Черри.
