"
"На следующий день Ольга Павловна, несмотря на недомогание, начала планомерную атаку на сына. Первым делом она пригласила его с Олесей на ужин и весь вечер тщательно присматривалась к кандидатке в невестки. Девушка была на высоте, придраться было невозможно ни к ее речи, ни к манерам, ни к выражению лица. Вячеслав Антонович больше помалкивал, покуривал и смотрел в сторону, всем своим видом давая понять, что он – лицо незаинтересованное, как сын решит – так и будет. Ольга же Павловна своим влиянием на сына воспользовалась в полной мере, и уже через месяц Гриша сказал ей:
– Ну, мать, если тебе Олеся так нравится, так, может, мне жениться на ней? По крайне мере я буду спокоен за отношения между вами. А то знаешь, все эти невестки-свекрови… Вечно какая-то драма кровавая получается.
Они подали заявление и начали готовиться к свадьбе. Григорий уехал на переговоры в Нефтеюганск, где затевалось какое-то крупное строительство, поэтому выглядело вполне естественным, что когда Олесе нужно было поездить по магазинам в поисках аксессуаров к свадебному наряду, повез ее именно Вячеслав Антонович. Ведь своей машины у девушки нет.
Это была их первая встреча наедине после прилета из Германии.
– Ты мной доволен? – спросила Олеся. – Или что-то не так?
– Ты умница, – Ситников обнял девушку, прижал к себе. – Все идет как надо. Еще немножко – и мы станем одной семьей и сможем встречаться без проблем.
– Я думала, что мы уже одна семья с того момента, как я стала официальной невестой твоего сына.
– Потерпи чуть-чуть, – он поцеловал ее в макушку, потом в лоб, в губы. – Не нужно навлекать лишние подозрения. Разве ты не знаешь, что свадьбы частенько расстраиваются из-за пустяков? Мой сын – человек взрывной, темперамент у него холерический, не дай бог что-нибудь заподозрит, приревнует тебя и сбежит из-под венца. Нам это надо?
– Не надо. Но я думала, что хотя бы сегодня… Есть место, куда можно поехать, я договорилась.
Он собрал всю волю в кулак, чтобы не согласиться. Ох, как ему хотелось поехать! Забыть обо всем, прижать ее к себе, слушать ее стоны и потом нежно гладить ее влажную от выступившего пота кожу. Но нет. Он слишком долго прожил на этом свете, он слишком хорошо знает, какие непредвиденные случайности порой ломают человеческие судьбы даже тог– да, когда, кажется, все предусмотрено до мелочей.
– Давай потерпим, девочка моя, – ласково сказал Вячеслав Антонович. – Оно того стоит.
Он боялся, что Олеся обидится, но ничего подобного не произошло. Девушка смотрела на него серьезно, внимательно, но не обиженно.
– Я знаю, о чем ты хочешь меня спросить, но не спрашиваешь, – вдруг сказала она.
– И о чем же?
– О своем сыне. Ты же понимаешь, что мы уже давно…
– Я не желаю ничего об этом слышать, – резко оборвал ее Ситников.