Санта налил две чашки чаю, поставил перед собеседниками и попросил разрешения удалиться. Глория рассеянно кивнула.
– Значит, Рома, ты сделал именно то, что я просила тебя не делать? – усмехнулась она, когда за слугой закрылась дверь. – И теперь у тебя большие неприятности?
– Неприятности начались еще до того, как я…
Он осекся и подул на чай. В кипятке плавали молодые листья малины и кусочки мандариновой кожуры. Санта был помешан на восточных рецептах.
– А что, обычного чая не нашлось?
Глория невозмутимо взяла ложечкой немного меда и положила в рот, ожидая объяснений.
– Ты же не чай пить приехал посреди ночи?
– У меня полный абзац! – признался Лавров. – Я по уши в дерьме! Ты довольна?
– Не говори глупости.
– Мне стыдно перед тобой… видишь, уши горят?
– Я многое вижу, – кивнула она. – Но не все. Есть белые пятна… их больше, чем хотелось бы.
– Тогда я не буду рассказывать про Камиллу…
– Звали. Она мертва. Ее убили прошлой ночью. Зарезали кухонным ножом. А меня чуть не сделали козлом отпущения. Я чудом избежал ареста…
Он рассказал все, что произошло с ним в последние дни, опуская лишь детали любовной игры с Камиллой.
Глория молча выслушала, не задав ни одного вопроса. Ее лицо казалось непроницаемым, и лишь глаза выдавали возмущение, сожаление или досаду.
– Что ты об этом думаешь?
– Все твои проблемы из-за женщин, Рома. Ты слишком их любишь. Они избаловали тебя своим вниманием.
Глория пропустила его намек мимо ушей.
– Кого ты подозреваешь в убийстве девушки?
– Всех. Зорина… но его уже ни о чем не спросишь. Жену Каретникова, самого Каретникова… женщину, которая притворялась Каретниковой… даже себя. Мы с Камиллой пили коньяк, он был паленый… или туда чего-то подсыпали. Может, я под действием какой-то гадости схватился за нож? – выдавил он. – А после ничего не смог вспомнить?! Бывает же такое?
– Бывает. Но не в твоем случае. Если тебя это успокоит, девушку убил не ты.
– Точно? – обрадовался Лавров. – Ты сняла груз с моей души!.. Знаешь, мне казалось, что в спальне есть кто-то еще, кроме нас… Убийца мог прятаться в квартире. Тот же Зорин!
– Как же он тогда нащелкал вас с Камиллой у подъезда?
– Ты права. У меня мозги кипят от всего этого. А Каретникова? Могла она заранее спрятаться в шкафу, например, и… Могла! – сам себе ответил сыщик. – Кто угодно мог… Я же не проверял.
– Ты увлекся кое-чем другим, – заметила Глория.
Он вспыхнул. Опустил глаза и нервно засмеялся.
– Пытаюсь добраться до истины.