Автор
В зеркале отражается не только моя внешность, но и внутренний мир: трепет, волнение перед важным днем с его знакомым мужественным штрихом. Я ощущаю легкий прикосновение его рук к моей спине в смокинге, будто пробуждаясь от векового сна.
Джейден выходит из кабинета в сопровождении десятка взглядов, устремленных ему в спину, и едва дверь за ним захлопывается, поднимается возмущенный шум.
— Нельзя просто так увольнять сотрудников…
— Придется перестраивать всю работу заново…
— Как мы будем объяснять клиентам…
Айзек выглядит хмурым, его взгляд устремлен на меня, словно это я, а не Джейден, вынуждаю его увольнять сотрудников. Хотя возможно, он смотрит на меня так, потому что я не считаю нужным скрывать наслаждение происходящим. Перепуганными лицами этих людей, трясущихся за свои насиженные места, не желающих, чтобы их уютная рутина хоть как-то менялась.
Спустя двадцать минут, главы отделов расходятся, продолжая возмущенно перешептываться, а мы с Айзеком остаемся вдвоем. Я собираю бумаги под его под его пристальным взглядом и первой нарушаю молчание:
— Перестань смотреть на меня зверем. Он говорит разумные вещи. Пора вычистить пыльный чердак от ненужного хлама.
— Какое совпадение. Помнится два года назад ты убеждала меня сделать то же самое. Убрать Гейла, Стоуна, Голдблюма. И теперь приходит он, и повторяет за тобой слово в слово.
— И о чем это говорит? Что я два года назад была права и прислушайся ты ко мне, наше сегодняшнее материальное положение было бы куда лучше?
Слышится скрип отодвигаемого кресла, Айзек выходит из-за стола и движется ко мне. Мне это не нравится, но я продолжаю аккуратно складывать бумаги.
— Или то, что вы с ним возобновили свою давнюю дружбу.
— Хмм… — не удерживаюсь от издевательского вдоха. — Помнится ты сам послал меня уговаривать Джейдена подписать договор о партнерстве.
— Не играй со мной, Таша, — Айзек перехватывает мой запястье и резко его выкручивает, отчего собранная стопка вновь рассыпается по столу. — Я сейчас слишком зол, чтобы терпеть твои издевки. Много лет назад ты сделала из меня дурака, но больше у тебя не выйдет.
Мне больно, но показать свою боль означает проявить перед ним слабость, поэтому все, что он видит в моем лице — это насмешливую снисходительность.
