В зеркальном отражении жизни, книга "Психолога вызывали?" погружает читателя в мир жестоких сцен и невыносимой боли, где каждый вздох кажется последним. Страшная атмосфера дикого неразберихи и ужаса влечет за собой волнующий сюжет, который невозможно оторваться.
— Вы оказывается мой истинный! Даром что не дракон! Снялось с меня проклятье лишнего веса. Видите? — скидываю я плащ. Тут луна опять высовывается — видимо, на меня схуднувшую глянуть, а я смотрю и не Хренов это, а собственной персоной Джарлетт сидит и так пристально меня рассматривает, а руками тело, похудевшее ощупывает. А мне и сказать нечего. Глазами хлопаю, а тут эти дуры слепошарые, которые Хренова, с принцем перепутали, подбежали, встали сзади и орут
Совет да любовь! Видели все своими глазами. Жениться пошли.
А этот невесть откуда взявшийся принц на меня так пристально смотрит:
— Хренова, значит, подлавливали?
Я ему:
— Извиняйте. Ошибочка вышла. Я в ваш гарем не претендую. Девочки, пошли истинного Хренова ловить.
Вскочила и бежать. Девочки за мной. А принц за нами. Бегу, смотрю, Хренов с двумя гвоздичками на полянке маячит, я к нему. Дуры за мной и опять орут «Совет да любовь!». Сзади принц галопом мчится. Хренов как это все увидал и бежать.
Блин, думаю, что делать. Рванула за ним изо всей мочи.
— Иди, мол, мил человек. Я сейчас одну пьяную девицу домой оттащу, а завтра уже с ней по-хорошему поговорю.
Идет, я болтаюсь. Тут подружки нас нагоняют. Кричат:
— Совет да любовь!"
"Я им шиплю — кулак показываю.
Все думаю, сейчас Джарлетт до спальни своей дойдет, сопоставит щель с моим нынешним размером и поедешь ты, Никуся, в места не столь отдаленные.
Слышу, в окно кто-то стучит. Я подхожу, а там морда дракона. Джарлетт. Оскалился и улетел. Вот что это сейчас было?
Плащ с труселями свадебными в кармане на кресло кинула. Из платья выскользнула, панталоны, видимо, еще в парке потеряла. Нерачительная ты, Ника! Могла и руками поддерживать. Замоталась в пеньюар, слышу, дверь скрипнула.
