В зеркальном отражении жизни, книга "Психолога вызывали?" погружает читателя в мир жестоких сцен и невыносимой боли, где каждый вздох кажется последним. Страшная атмосфера дикого неразберихи и ужаса влечет за собой волнующий сюжет, который невозможно оторваться.
Фей подогнал мне их по размеру. Черные кожаные сапоги вкупе с черными штанами и черным широким поясом смотрелись невероятно. А сверху распахивающаяся при ходьбе юбка и строгая короткая куртка. Ух, красавица!
Вышла из покоев и пошла на выход. Народ при виде меня застывает, некоторые мужички заинтересованно так посматривают. Я открыто с такими не заигрываю, но в копилочку памяти откладываю, мне ж еще замуж выходить. Выхожу и к принцу направляюсь, а сама прутик сломала и иду, им как хлыстиком, помахиваю.
Смотрю — оценил. Глазки масляной пленкой заволокло, рот приоткрылся. Ну, я иду мимо, пальчиком так, небрежно, челюсть его захлопнула и спрашиваю:
— А сверху-то мне можно полететь? Или вы, драконы, только бочки с ягодами перевозить можете?
Джарлетт в себя пришел и усмехается:
— Что ж с тобой делать, садись, только держись покрепче.
Полдворца выбежало, типа, прогуляться, когда я эффектно на дракона залезала. Уцепилась за его гребень. Ну, ничего так, удобно.
И мы взлетели.
Наш полет часа два продолжался над береговой линией. Гребни волн, подсвеченные полной луной, бились о берег. Далеко впереди на холме показались какие-то огни, постепенно распадающиеся на буквы.
— Не поняла? Получается, глава города внял моему письму про смену названия? Смекалистый какой! Уважаю.
Когда мы подлетели еще ближе, увидели внизу переливающуюся разноцветными огоньками морду дракона и крестик. Так они нам еще драконью вертолетную площадку оборудовали!
Прогиб засчитан! И принц аккуратно опустился на центральной площади, окруженной большим количеством народа.
Народ хором запел:
— Ах, ты веселая девчонка Макарена!
Я опешила. А Джарлетт хмыкнул:
— Знакомая песня!
Это они за часов шесть так подготовились к нашему прилету, что и музыку, и песню выучили. Пели с огоньком.
