В начале 1990-х годов шведско-российская компания «Валькирия» пропала при поиске легендарных сокровищ на Урале. Спустя десятилетия её архивные материалы о кладоискательстве попадают в руки современных аналитиков, разворачивая перед ними тайны прошлого и новые опасные приключения.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Птичий путь» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В начале 1990-х годов шведско-российская компания «Валькирия» пропала при поиске легендарных сокровищ на Урале. Спустя десятилетия её архивные материалы о кладоискательстве попадают в руки современных аналитиков, разворачивая перед ними тайны прошлого и новые опасные приключения.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В начале 1990-х годов шведско-российская компания «Валькирия» пропала при поиске легендарных сокровищ на Урале. Спустя десятилетия её архивные материалы о кладоискательстве попадают в руки современных аналитиков, разворачивая перед ними тайны прошлого и новые опасные приключения.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Они не утратили главного качества ученых – способности анализировать и мыслить (чего не наблюдалось уже в стае молодняка, не приобретшего этих навыков по причине всеобщей компьютеризации), и делали всё по старинке, насыщая среду обитания самой разной информацией, которая всегда была перед глазами, тем самым включая подсознание. Стены в рабочих комнатах были увешаны чертежами, схемами, фотографиями и лозунгами, видимо еще их студенческих времен, однако именно такая наглядность вдруг подсказала Сторчаку ответ, почему следует не откладывая ехать в Новгород.
Оказывается, аналитики и разведчики Оскола давно и упорно изучали музей Забытых Вещей и вывели целую философию его существования, причем наглядную, отраженную на фотобумаге. Многие снимки успели выцвести и покоробиться, приклеенные к бумаге дешевеньким канцелярским клеем, однако эта их старина казалась еще более выразительной. Кроме общих видов здания музея, парка, вспомогательных построек и детальной фотолетописи залов с экспонатами, была целая галерея портретов, мужских и женских, людей пожилых и не очень, сделанных в одном ракурсе, на три четверти оборота, развешанных на стене в некоем строгом порядке. Если смотреть из одной точки, обведенной на полу белой краской, можно одновременно поймать взгляд всех этих людей и тем самым как бы оживить их. Излучение их взоров с простых черно-белых фотографий даже у толстокожего к чужим чувствам Сторчака вызывало непроизвольный и необъяснимый озноб. Неизвестно, кто из аналитиков и бывших чинов разведки открыл этот эффект, кому пришло в голову свести воедино их взгляды, но это было открытие, не подвластное никакой компьютерной программе. Самые разные люди объединялись по неожиданному признаку и качеству – одухотворенности, которое ничем иным нельзя было выявить и замерить, как физическую величину.
Этот экспериментальный тренажер психоаналитики так и назывался – «одухотворенный ряд». Стоило заменить хотя бы один портрет, повесить, например, любой другой, случайный или даже известной, но не вписывающейся личности, как этот массированный гипнотический сеанс разрушался, что аналитики Смотрящему и продемонстрировали. И тут один из ученых, какой-то невзрачный бородатый старикан, не удержался от полускрытого издевательского намека.
– У вас случайно нет с собой портрета? – спросил он. – Можно поэкспериментировать, пополнить ряд…
– Спасибо, случайно нет, – выразительно промолвил Сторчак.
Судя по надписям на снимках и узнаваемости некоторых лиц, большинство сфотографированных относились к совсем простым людям – смотрительницы, научный руководитель, два старика-посетителя, директор музея.
