Автор
В этом романе рассказывается о девушке, чья жизнь оборачивается изнанкой, когда отец решает сделать её звездой ради собственной славы. Вместо радости и возможностей она испытывает разочарование и одиночество в новой жизни для телеведущей. Оставшись наедине с мыслями, она устает от этой роли и ищет путь назад к прежней реальности....
И вот в один из таких моментов, при попытке продраться обратно в смысл написанного из вязкой дремоты, я понимаю, что в комнате что-то не так.
Запах. Его.
Спустя мгновение к моему обнажённому плечу сзади мягко прикасаются губы.
– Ты пришёл… - я прикрываю глаза и откидываю голову назад, упираясь затылком ему в плечо.
Становится так хорошо. Я так ждала его весь день, готовилась, раз пять почистила зубы, сделала глубокую эпиляцию, опрыскивала несколько раз волосы сывороткой, чтобы были гладкими и блестящими.
Но как же мне хорошо!
Хорошо чувствовать короткие влажные поцелуи по позвоночнику, хорошо выгибаться под его нежными руками, ласкающими мою грудь, хорошо тереться и прижиматься ягодицами к твёрдой плоти.
– Ждала меня, Канарейка? - спрашивает вибрирующим голосом прямо в ухо, а потом прикусывает мочку, пуская мириады разноцветных брызг удовольствия по телу.
– Весь день… - дышать становится сложно, когда его пальцы забираются под резинку шорт.
"– Так сильно, что уснула? - слышу в голосе едва слышимую смешинку, и это придаёт лёгкости всему происходящему, добавляет некой игривости.
– Ты слишком задерживался. И я посмотрела… фильмы… А потом уснула.
– Какие такие фильмы? - кажется, Назар озадачивается, потому что движения его пальцев замедляются и даже на мгновение останавливаются.
– Обучающие…
Дышать становится всё тяжелее. Я чувствую, что моё бельё становится настолько мокрым, что я это уже даже ощущаю внутренней поверхностью бёдер.
– И чему же ты обучилась?
Слышу в его голосе рокочущие нотки предвкушения, смешанные с нетерпением и возбуждением. Мне не терпится опробовать то, что я подсмотрела у искусных актрис порно.
– Трудно сказать без практики.
Я переворачиваюсь на бок, и мы оказываемся друг к другу лицом. Назар одет, как и обычно, в чёрные джинсы и чёрную футболку. Лицо открыто, и к этому, кажется, я всё никак не привыкну.
Я тянусь к нему с поцелуем, приникаю губами и первая пробую его своим языком.
Вкусный.
Мой.
Везде хочу попробовать.
Поднимаюсь и, перебросив через него одну ногу, становлюсь на колени. Назар смотрит с предвкушением, и я испытываю настоящий кайф от танцующего в его взгляде огня.
– Разденься, - просит, но звучит как команда, а сам закидывает руки за голову и сглатывает.
Я тянусь к нижнему краю футболки, а потом медленно стаскиваю её с себя.
