Дикий ритм жизни в шумном столичном районе. Сергей, сын богатого бизнесмена, осматривает квартиру своего возомнившего себя знатока живописи мать-любовника, неожиданно вернувшегося домой. Несмотря на панику и ужас, Козодоев действует быстро и жестко, отдаваясь прирожденной агрессии в драке, которую жизнь подарила ему без слов....
– Меня еще минут на пять хватит, потом выворачивать начнет. Пошли к трупу, пока одежда не пропахла.
Тело мужчины, одетого в камуфляж, лежало вдоль галереи, головой к набережной. За две недели крысы так обглодали труп, что он оптически сдулся, стал плоским. На ногах покойника поверх кроссовок были надеты полиэтиленовые мешки, скрывающие отпечатки на полу и защищающие обувь от пыли. Рядом с телом лежал длинный сверток.
– Как его теперь опознавать? – спросил Касьянов. – Крысы все лицо до костей обглодали. Николаевич, он давно тут лежит?
– С вечера двадцатого октября.
– Что в свертке?
– По моим предположениям, в нем должна быть винтовка «СВД» со снайперским прицелом. Мужики, вы тут нигде пистолета или гильзы не видите?
Касьянов осветил голову покойника и сказал:
– Похоже, что его сзади застрелили. Входное отверстие вроде тут, а где пуля вышла?
– С чего ты решил, что его застрелили? – попробовал взять реванш стажер. – Может, остроконечным молотком по темечку тюкнули?
– Хватит болтать! – пресек их начинающийся диспут Лаптев.
Пока Лаптев и участковый искали гильзу около трупа, стажер прошел до конца подземного хода и быстро вернулся назад. Одному в пустой галерее разгуливать не очень приятно.
– Как сюда крысы попали? – спросил он. – Стены гладкие, нор не видать, а я спиной чувствую, что они за нами наблюдают.
– Это для тебя стены гладкие, а для крыс они как Бродвей, – заявил Касьянов.
– Тягур будет дверь охранять, – заявил Лаптев. – На бумажные печати надежды нет.
Через час на месте обнаружения трупа работала следственно-оперативная группа, возглавляемая следователем прокуратуры. К исходу рабочего дня было готово предварительное заключение судебно-медицинского эксперта.
«Смерть неустановленного мужчины наступила в результате огнестрельного ранения в голову. Ввиду плохого качества порохового заряда начальная скорость пули была невысокой, и она осталась в голове трупа.
Пуля калибром девять миллиметров предположительно выпущена из револьвера японского производства.
Опознание тела невозможно, так как на нем отсутствуют мягкие ткани лица. При исследовании трупа на голени левой ноги обнаружен давний сросшийся перелом».
