За полгода и твой чудо-корабль сделаем, нового много, уложиться бы. Доски хорошие брать будем, али не на долгую жизнь кораблику?
– Брать доски хорошие, корпус делать на совесть. Железо позже подвезу, когда уж и корпус будет.
– Договорились. Насчет задатка как? Мне материалы получать, рабочим оплата опять же.
Мы договорились о деньгах, я отсчитал из кошелька деньги, причем кошелек очень ощутимо полегчал. Из корчмы я уходил с легким сердцем. Мне почему-то верилось, что корабль будет сделан.
Вернувшись в Москву, передохнул пару дней; по моему заказу в кузнице сделали несколько листов железа со стороной метр, но разной толщины – один, полтора, два, два с половиной и три миллиметра. Двое нанятых рабочих погрузили на подводу, и я отправился в Преображенский полк.
Там оказалось много новых людей, но нашлись и старые знакомцы, в основном – офицеры. Много времени ушло на воспоминания да краткий рассказ о побеге из плена.
– А что у тебя за телега стоит? – спохватился кто-то из офицеров.
– Да вот решил попробовать, на каком расстоянии ядро железо пробьет?
– Ну тогда завтра давай, чего попусту казенный порох жечь, завтра будет обучение, попробуем, чего же не помочь сослуживцу. А теперь пошли в избу вино пить.
Преображенцы, как и все птенцы Петра, в питие были безудержны, меры не знали. И к полночи все лежали под лавками. Впрочем, это не помешало утром заниматься делами; вероятно, с той поры офицерское безудержное пьянство и прописалось на Руси. И что меня поражало – пили вусмерть; утром, умывшись и побрившись, выглядели, как огурчики, выдавал лишь выхлоп.
Расставили железные пластины, начали стрелять ядрами метров со ста пятидесяти – наиболее часто встречающаяся дистанция морского боя. Листы в миллиметр и полтора были пробиты сразу, два миллиметра – в большей части случаев, но с трудом, края отверстия были замяты, два с половиной – выстояли, хотя и вмятины были изрядные, три миллиметра – попадания выдержали с меньшими деформациями.
Эксперимент принес пользу, я теперь знал, что обшивать судно надо листами в два с половиной миллиметра. Конечно, три было бы надежней, но вес, вес!
Поблагодарив офицеров, вручил на прощание по золотому, с тем и отбыл.
Далее мой путь пролегал в Тулу, на оружейные заводы. Здесь я легко купил нарезные штуцеры, их уже производили, хоть и не в массовом количестве. А вот с пушками была проблема. Все заводы работали только на армию, Петр бросил на вооружение все ресурсы – и людские, и материальные.
