Автор
В уютном автомобильном кресле, я замечала знакомые пейзажи, но ощущение тоски было невероятно сильным. Мое горе переполняло меня, заставляя задуматься о том, что я покидаю не только родные места, но и всю свою жизнь. Это потеря была ужаснее всего, чем потерять страну своей юности....
Там люди нужные помимо них приедут, те самые, о которых мы недавно говорили. Может, изменишь свое мнение…
– Людям передайте, что компания не продается и… кстати, вам самому не так уж долго осталось в ней работать.
Возникла пауза. Долгая. Обдумывает ход. Мудак.
– Мы это потом обсудим. Еще раз и спокойно. Доверенности у тебя нет, Руслан. Это я точно знаю, а блефовал ты неплохо, даже я поверил.
– То есть вот так уверенно, да?
– На все сто, мальчик! Я б сказал – отвечаю, – он расхохотался.
– Вы проотвечались, Дмитрий Олегович, были б у нас свидетели разговора, заставил бы я вас…
Руслан сфотографировал бумаги и отослал Лешему по электронной почте.
– Не нужно быть таким самоуверенным, ПАПА, а то есть люди, которые проотвечавшихся по кругу пускают. Вам ли не знать.
Отключил звонок и, переступая через доски, вышел из домика. Лешаков пока пытается сгладить углы. Но это ненадолго – как только поймет, что реально проиграл, станет очень опасен. К тому времени Руслан должен увезти отсюда Оксану.
8 глава
Он долго думал о том, почему она так поступила, думал об этом изо дня в день. Раздирал себе душу, заглядывал внутрь и не находил ответов. Точнее, он их находил и не понимал – неужели все так банально? Неужели женщине не нужна тихая гавань и спокойная любовь? А что тогда нужно? Адреналин? Молодой кобель, который отдерет ее пять раз в сутки? Наверное, это и есть самое главное – чтоб ноги раздвигал, пощечинами одаривал и трахал, как суку последнюю.
Особенным быть надо, с выкрутасами, имиджем, тачками крутыми и прошлым, как Туманный Альбион. Чтоб вопросов больше, чем ответов, было. Просто любви ничтожно мало."
"Что он, мать ее, не так сделал? Мало хотел, мало денег давал, мало в рестораны водил, мало шмоток покупал… мало… мало… мало. Это слово долбилось в мозгах отбойным молотком, и он не мог заглушить этот проклятый звук ни алкоголем, ни травой, ни шлюхами, которые вдруг пачками стали появляться в его жизни. Бесконечной вереницей голых тел, чужих запахов и звука открываемых пачек с презервативами.
