Собственно говоря, я затем и пришла, чтобы сказать тебе об этом.
– Ну и хорошо, – мрачно кивнула я.
– Что?! – Я так резко втянула в себя морозный воздух, что едва им не захлебнулась. – Как это?
Я вспомнила о коренастой, неуклюже ступающей фигуре, промелькнувшей в холле и раньше нас вышедшей за дверь на темную улицу, и поднесла к лицу руку в серебристой перчатке. На тыльной стороне ладони намерз слой инея. Я поспешно опустила руку, переступила с ноги на ногу – хрустнул лед, успевший прихватить к полу подошвы моих ботинок. Меня вновь охватила паника, показалось, что стены оплывают, складываются внутрь, перекрывая выход с кухни.
– Мне нужно идти, – сказала я, – но я вернусь. Когда мы все попадем домой…
– Что?! Как это «уносит»?! Куда уносит?! – У меня вдруг защемило сердце. – Нет-нет, они не могут…
Серое лицо замигало и начало дробиться на части – разрывалась связь между мирами.
Какой же несчастной я вдруг почувствовала себя в эту минуту! Никогда не думала, что смогу так сильно затосковать по черепу из банки.
– Череп, прости… прости. Я выпущу тебя…
Фигура призрака начала таять в воздухе, затем словно обрывок радиопередачи на секунду прорвался голос:
– Но… я не мертва… – прошептала я, глядя на пустое место, где только что стоял юноша.
Выйдя из кухни, я неуверенно, медленно пересекла холл, стараясь не задевать выступившие из трещин на стенах наплывы льда. Входная дверь оставалась открытой, за ней под черным небом ждали меня мои товарищи в блестящих от налипшего льда накидках. Мертвую тишину нарушал лишь шум моего дыхания да легкий хруст промерзшего гравия под ногами. Поравнявшись со всеми, я коротко рассказала им о своем разговоре с черепом и о смерти Винкмана.
– Ну что ж, – сказал Локвуд, глядя в том направлении, куда по улице ушел мертвый Винкман. – Должен честно признаться, что эта смерть не ляжет слишком тяжелым камнем на мою совесть.
– Очень хорошо, что он ушел, а не остался болтаться возле места своей гибели, как многие другие, кто умер насильственной смертью, – заметил Киппс. – Иначе призрак Винкмана заглядывал бы тебе через плечо каждый раз, когда ты спустишься в цокольный этаж, чтобы простирнуть свое бельишко. Такие призраки, сам знаешь, повторяют свои действия по кругу, по кругу… До бесконечности.
– А куда он направился, как думаете? – спросила Холли.
Никто из нас ей не ответил. Мы стояли, молча глядя на клубящийся вдоль Портленд-Роу призрачный туман.
– Ну ладно, нечего глазеть по сторонам и терять время попусту, – твердо сказала я.
