Автор
История о разломе в семье, где любовь превращается в боль, а доверие — в пепел. Женщина, восстающая из руин собственной судьбы, и мужчина, осознающий цену своей вины. В центре конфликта — дети, невинные свидетели чужих ошибок. Роман о предательстве, прощении и пути к возрождению.
— Владик, я в тебе ни капли не сомневалась! Не сомневайся и ты в Маше, она обязательно со всем справится! Спасибо тебе, дорогой! Заехал бы, а то только по телефону и общаемся.
— Заеду! Непременно заеду, как немного с делами разгребусь.
— На выходных как-нибудь. И детишек захвати, уж год не видела, выросли, наверное, что и не узнаешь!"
"Только положила телефон — стукнула входная дверь — вернулась Мария.
Женщина крикнула из коридора, что это она, разделась, помыла руки и сначала в свою комнату — переодеться. Надежде Львовне очень нравилась эта Машина привычка — с улицы первым делом руки помоет, потом остальные дела. Когда в общественном транспорте ездила — это было понятно, мало ли, кто за те поручни до неё хватался? Теперь в своей машине, но всё равно привычка осталась.
— Маша, Владлен Максимович звонил, с понедельника работаешь дома.
— Знаю, меня там весь день инструктировали, — улыбнулась, входя в кухню, Мария. — Только минимум раз в неделю мне надо будет приезжать в отдел, так что, наша тайна недолго таковой останется.
— Придумаем что-нибудь, — отмахнулась хозяйка, — пока не видно — посещай офис, а там посмотрим.
— Что тут можно придумать? Гамбургерами на ночь объедаюсь, поэтому разнесло? Ерунда все это, я малыша не украла, мне стыдиться нечего.
— Не даст тебе твой покоя, как только узнает, — вздохнула Надежда Львовна, — я такой тип людей хорошо знаю. Ему, может быть, и дите не нужно, но раз оно дорого тебе — непременно нарисуется, чтобы отнять или шантажировать им.
— Так, ведь, скорее всего, это не его ребенок, — пробормотала Маша.
— Не важно. По закону — я специально смотрела — он считается сыном или дочерью мужа, если родился в течение девяти месяцев после развода.
— Триста дней, — ответила женщина. — Я тоже смотрела.
— Поэтому, чем дольше твой Дмитрий не знает…
— Он не мой!
— Чем дольше не твой Дмитрий не подозревает о беременности, тем спокойнее она пройдет. Я придумала — когда скрывать уже не получится, ты ногу сломаешь!
— ?!!!
— Не на самом деле, конечно, — отмахнулась Надежда Львовна. — Вот и не сможешь совещания и планерки посещать!
— Стоит только начать врать, как ложь разрастается снежным комом, — сокрушенно отреагировала Маша. — Если так сказать, то мне потом и из дома не выйти — вдруг, увидит кто?
- Разберемся! Садись, поужинаем. Ты лапшу куриную будешь или вареники?
Звонок в дверь заставил обеих женщин переглянуться.
— Мы кого-то ждем?
— Сиди, ешь, я открою, — поднялась Надежда Львовна.
