Автор
В Пустоцвете жизнь кажется бесконечной цепочкой решений. Каждый новый день открывает неизведанное, и это вызывает лихорадочный интерес и нереализованные надежды. Список достижений наполнен стремлением к чуду, даже при самых тяжелых временах.
— Сколько я буду платить за аренду?
— Коммунальные услуги — свет, газ, вода и что там еще присылают — за мусор, — ответил мужчина.
— И всё??? Но… я не понимаю.
— Всё просто — продавать квартиру я не хочу. Но если жилье стоит пустое, оно, как бы яснее объяснить, становится нежилым, неживым. Потом, за ним нужно ухаживать — пыль вытирать, пол мыть, шторы стирать. Если ты согласишься, я буду в плюсе — и жильё не пустует, за ним ухаживают, и тратиться на оплату коммунальных услуг мне не надо.
Это было роскошное предложение. Лучше и мечтать нельзя.
Конечно, Мария согласилась, но настояла, чтобы договор аренды был заключен по всем правилам — нотариально."
"Георгий не возражал, а Надежда Львовна, узнав, просто просияла.
Квартиру Маша посмотрела — очень хорошая, и ремонт качественный. Заезжай, и живи!
Но да, нет, ни стола, ни стула, не говоря уже о кровати.
Мелькнула мысль — позвонить бывшему, он же предлагал забрать мебель, но Мария отмела ее — нет, ничего из прошлой жизни ей не надо! Сама купит! Деньги у нее есть, справится!
Договор подписан, заверен у нотариуса, Егор вручил Маше её экземпляр и шесть ключей.
— Два замка, — пояснил он женщине. — Кроме тебя, ключей больше нет ни у кого.
Ещё раз удивил.
А потом, в клинике — удивил снова.
Она думала, что мужчина подождет в машине. Во всяком случае, Дима никогда её не сопровождал, если приезжали вместе, всегда ждал снаружи и страшно негодовал, если, по его мнению, жена слишком задерживалась.
А Гоша закрыл машину, предложил ей свою руку и повел внутрь клиники. Ни капли не смущаясь, довел до двери «Гинеколог», ни секунды не раздумывал, когда врач позвала его войти.
— Ну, папаша, будем знакомиться с наследником? — выглянула докторша в коридор.
Мария чуть с кушетки не упала, дернулась объяснить, что, нет, не папаша, не надо звать — посторонний и т. п. Как же ей неловко было перед Егором!
А он взял и вошел, не возразил, не поправил, мол, я — никто, с интересом уставился в монитор, где отражалась картинка ультразвукового исследования.
— Подходите ближе, — пригласила врач, улыбаясь. — Присядьте, мамочку за руку возьмите, а то она почему-то переполошилась. Вот, так! И смотрите.
И Георгий присел рядом, взял её за руку, успокаивающе улыбнулся и прилип взглядом к изображению.
— Вот головка, ручки, — объясняла врач. — Шебутной малыш, вертится весь.
— Ему не нравится ваше УЗИ, — подал голос мужчина. — Смотрите, когда вы ведете рукой, он, будто бы, ладошками отталкивает.
