Автор
В Пустоцвете жизнь кажется бесконечной цепочкой решений. Каждый новый день открывает неизведанное, и это вызывает лихорадочный интерес и нереализованные надежды. Список достижений наполнен стремлением к чуду, даже при самых тяжелых временах.
Как Тая? А, прекрасно! Целую!
Выдохнув — индульгенция на позднее возвращение получена, Дмитрий опять вернулся мыслями к Маше — если она к любовнику, то часа через три выйдет. Не останется же она на всю ночь? А если останется?
Думать о таком не хотелось.
Перед глазами вставали картины их интимной жизни — Машка всегда была отзывчива, остро откликаясь на его прикосновения и поцелуи. Стыдно признаться, но восторг и новизна секса с Ксений ему давно приелись, тем более, что в последнее время эти радости выпадали ему реже, чем выходные.
Дмитрий сердито сжал кулаки, стукнул себя по ноге — всё идет не так, как он думал, не так, как ему хотелось!
Пожалуй, он несколько перегнул с Машей, не надо было так на неё наезжать в их последний вечер. Объяснил бы нормально, и Мария не ушла бы. Да, он сначала хотел отвезти ее в коммуналку, но потом сообразил, что там неудобно будет встречаться — на глазах двух соседей! И передумал — не без помощи отца, правда — купит ей квартиру в каком-нибудь тихом месте.
"Мужчина, возмущенно фыркнув, представив в красках, как было бы ему удобно, не устрой Маша демонстрацию.
И от скуки, обратил внимание на рядом стоящую машину. В таком дворе, среди Лад и Калин, тойота Лэнд Крузер Прадо? Ничего себе!
Покосившись на подъезд, в котором скрылась Мария, Дмитрий вылез наружу, поёжился от мороза с ветром, обошел вокруг чужой машины.
Только недавно присматривал себе такую, цену знает, поэтому и удивительно, что владелец внедорожника забыл в таком месте? Чтобы он жил в хрущевке — смешно представить. Интересно!
Замерзнув, вернулся в теплый салон. Время шло, Мария не появлялась.
Неожиданно Дмитрию стало стыдно — какая-никакая, но она — его женщина! Получается, он не может обеспечить? И тут же себя одернул — она сама ушла! Могла бы и потерпеть, понятно же, что он переживал, был не в себе, расстроился, вот и наговорил… лишнего. В конце концов, ни одна жена просто так не смирится, а эта, вон, даже не требует ничего. Ушла и ушла.
