Я проснулась от мягкого взгляда Кирстена. Его взгляд был ласковым и игривым, как будто умудренный опытом учитель, наблюдая за своими воспитанниками. Улыбка сама собой вышла на губы, но краснеть всё равно не хотелось. Спальня была позаимствована Кирстеном, и даже в полумраке он казался уютным....
Опухшие глаза и красный нос — мизерная плата за ощущение, столь близкое к ощущению счастья. Искусанные в кровь губы — медный грошик, если вспомнить, что теперь я по-настоящему свободна.
Я отказываюсь от долга перед Верилией. Всё. Хватит.
Глава 9
Утро началось неожиданно…
Сперва меня легонько погладили по волосам, затем нечто тёплое коснулось щеки, а в довершение раздался тяжелый вздох и тихое:
— Эмелис, любимая, ты смерти моей хочешь?
Я не проснулась. Вернее, проснулась, но не до конца. Единственное, на что хватило сил, — перевернуться на живот и уткнуться лицом в подушку.
— Ты меня вчера под каким предлогом из покоев выставила? — продолжал Кирстен. Голос звучал очень тихо и ласково. — Что ты обещала?
Я сказала, что слишком устала и хочу побыть одна. И да, я уверяла, что плакать не собираюсь.
— Господин Рейер с меня голову снимет, когда узнает, — не унимался брюнет. — Впрочем… я и сам убиться готов.
— Не надо.
— Что «не надо»? — Его губы коснулись обнаженного плеча, и я невольно улыбнулась. Чуть-чуть, но всё-таки.
— Убиваться…
— Хм…
Одеяло поползло вниз. Медленно, но очень уверенно. Я протестующе замычала, попыталась перехватить, но из моего положения это было невозможно.
— Посмотри на меня. — Голос боевика звучал столь же тихо и ласково, но это был приказ.
— Нет.
— Мелкая, я не шучу.
Я тоже не шутила и поворачиваться, разумеется, не собиралась.
— Эмелис… — А вот это уже не приказ, мольба.
— Кир, я страшная.
Боевик наклонился, шепнул прямо в ушко:
— Ничего подобного. Ты самая красивая девочка во всех семи мирах.
По коже, вопреки желанию, побежали сладкие мурашки, сердце застучало чаще, дыхание сбилось. Ну как не поверить? Как?..
Поворачивалась я медленно, чтобы… ну чтобы уровень шока снизить. Хотя, сказать по правде, церемониться было не обязательно — заикание в наше время лечится, причём довольно легко.
Брюнет, вопреки ожиданиям, не вздрогнул и не скривился. Улыбка, игравшая на мужественных, красиво очерченных губах, стала шире, а взгляд потеплел.
Я невольно улыбнулась в ответ и тут же услышала:
— Глаза закрой.
Подчинилась. А почему бы нет?
В следующий миг пальцы младшего принца коснулись опухших век, и я почувствовала холодок и лёгкое покалывание исцеляющего заклинания. Не видела, но точно знала — отёк стремительно спадает.
— Но как? — выдохнула ошарашенно.
— Меня Силлин этому заклинанию научила, — пояснил Кирстен.
