Я проснулась от мягкого взгляда Кирстена. Его взгляд был ласковым и игривым, как будто умудренный опытом учитель, наблюдая за своими воспитанниками. Улыбка сама собой вышла на губы, но краснеть всё равно не хотелось. Спальня была позаимствована Кирстеном, и даже в полумраке он казался уютным....
— Что за бред? — поддержал коллегу Рейс.
И опять тишина, но на этот раз хмурая.
— Цент, мне кажется или кто-то хочет объявить Ордену войну? — наконец, подал голос Рейс.
А после ещё одной очень долгой паузы мне пояснили…
— Эмелис, факт твоего прибытия в Верилию от нас скрыли.
— Быть такого не может. Нас встречал дежурный маг. Он не мог не доложить.
Центрус, равно как и Рейс, реплику проигнорировал.
— А ещё… — Архимаг не выдержал, поднялся и сделал несколько шагов по кабинету. Потом повернулся ко мне и сказал: — Эмелис, Орден согласился поддержать нового короля при условии, что тебе будет дан выбор.
— Что?..
— Орден признал новую династию в обмен на обещание, что тебе дадут возможность самой решить, какой дорогой идти дальше. Форан поклялся, что не станет настаивать на твоём браке с Ридкардом из рода Неран, и если ты предпочтёшь магию короне, тоже мешать не станет.
Я была в шоке. Действительно в шоке! Но Центрусу было мало, он, видимо, добить решил:
— Эмелис, ты же умница, ты не можешь не понимать — до тех пор, пока нас не трогают, нам плевать, кто сидит на троне.
Я откинулась на спинку кресла и устало закрыла глаза. В голове вертелся только один вопрос…
— Почему, Центрус? Почему вы выставили отцу такое условие? Чем я…
О Всевышний! Чем я заслужила такую поистине трогательную заботу?!
— А кому ещё за тебя заступаться? — помедлив, ответил архимаг.
Сердце сжалось в комок, в глазах снова защипало. Вот только Центрус не знал и продолжал:
— Эмелис, ты думаешь, я не видел, как ты жила все эти годы? Ты с каникул в состоянии полутрупа возвращалась.
— Папа хотел как лучше… — пробормотала я.
Не думала, что глава Ордена услышит. А он всё-таки услышал и взорвался:
— Как лучше для кого?!
Не задавайте мне таких вопросов, пожалуйста…
— Хватит, — оборвал Теридан. Очень спокойно сказал, но… кажется, даже стены резиденции задрожали.
Терри придвинулся, поймал и сжал мою руку. Я не плакала, нет, хотя слёзы жгли глаза, а душу рвало на части. Не надо задавать мне таких вопросов. Я с семи лет запрещаю себе думать на эту тему.
— Прости, — сказал Цент.
