Я проснулась от мягкого взгляда Кирстена. Его взгляд был ласковым и игривым, как будто умудренный опытом учитель, наблюдая за своими воспитанниками. Улыбка сама собой вышла на губы, но краснеть всё равно не хотелось. Спальня была позаимствована Кирстеном, и даже в полумраке он казался уютным....
И даже обсудила с архимагом этот договор. И даже внесла правки!
Вечер прошел ещё лучше: мы с госпожой Вентой гуляли по зимнему саду, говорили о предстоящем строительстве замка, о новых веяниях в отделке интерьеров и коллекции домашнего текстиля, которую продемонстрировал один из приглашенных мастеров, друг господина Франкона.
Ночь? Ночь вообще сказочной была. Терри целовал так сладко и прижимался так тесно, что я… обо всём на свете забыла. Даже собственное имя и то запамятовала.
Зато утром… утром меня охватила паника.
К счастью, Теридан в момент моего пробуждения был уже одет и торопился к отцу, так что скрыть от любимого свои эмоции удалось очень даже легко. Вента, с которой делила завтрак, тоже ничего не заметила — но я старалась как никогда. А вот утаить своё состояние от Бетти не получилось.
Но горничная не Теридан и не Вента, она допытываться не решилась. От Бетти мне досталось море сочувственных взглядов, тьма заверений в том, что всё непременно будет хорошо, и несколько ложек успокоительной микстуры.
После микстуры стало легче, но не слишком. Усаживаясь перед зеркалом, я чувствовала себя умертвием, причём очень несвежим.
— Госпожа Эмелис, а может вам не микстуры, а вина? — подхватывая расчёску, спросила Бетти.
Я отрицательно качнула головой и прикрыла глаза. Я Эмелис из рода Бьен, я маг-защитник с высшим уровнем дара, я должна, обязана справиться! И я справлюсь, потому что отступать некуда.
«Я справлюсь!» — мысленно шептала, глядя на то, как Бетти вставляет в причёску украшенные шелковыми цветами шпильки.
«Выдержу!» — говорила себе, когда горничная поправляла оборки жемчужного платья.
«Всё-всё смогу!» — кричала в миг, когда Бетти подавала флакончик с духами и прикалывала к платью брошь. Самую простую, одну из тех, что я брала в академию.
— Госпожа Эмелис, этой броши недостаточно, — оценив завершённый образ, сказала девушка.
Я глянула в зеркало и согласилась. Впрочем, с самого начала знала, что одной только брошью не обойтись, но настроения подбирать украшения у меня не было.
— Бетти, выбери сама. Только не переусердствуй.
Горничная кивнула и поспешила к комоду, на котором стояла шкатулка, куда я переложила всю ювелирку, привезённую из академии. Прикасаться к украшениям, переданным из Верилии, по-прежнему, отказывалась.
— Госпожа Эмелис, может быть, вот этот кулон? И вот этот браслет?
Я пригляделась и кивнула. Выбор горничной действительно понравился — просто и красиво.
