Я проснулась от мягкого взгляда Кирстена. Его взгляд был ласковым и игривым, как будто умудренный опытом учитель, наблюдая за своими воспитанниками. Улыбка сама собой вышла на губы, но краснеть всё равно не хотелось. Спальня была позаимствована Кирстеном, и даже в полумраке он казался уютным....
Я выскользнула из объятий Милли и отступила.
— Куда?! — тут же взвизгнули девчонки.
Я кивнула на мраморную лестницу, и хотя в сердце снова прокралась мгла, улыбнулась.
— Девчонки, я вернусь.
— Точно вернёшься? — встрял в междусобойчик Леон.
Его пихнули в бок и прошипели:
— Не лезь! Тут и без тебя разберутся!
Протискиваясь в неприметную дверь для слуг, я знала — народ готовится ко второй части феерического действа, вот только за всеми этими восторгами сокурсники упустили важное. Они не поняли, что я не просто Эмелис, а дочь Форана из рода Бьен.
Поднимаясь на второй этаж, чтобы выйти в зале, примыкающей к той самой парадной лестнице, я очень чётко понимала — друзья, приятели и все-все студиозусы предвкушают нечто приятное, а я… подарю разочарование.
По уму, мне следовало предупредить, но в этом случае меня бы просто не отпустили. Не в попытке уберечь от встречи с Ридом, нет! Меня бы вопросами засыпали, по самую макушку… А я и так задержалась.
…Увы и ах, но соображения насчёт госпожи Венты подтвердились. Я наткнулась на неё сразу же, едва покинула служебный коридор.
— Эмелис, где ты ходишь? — взвизгнула компаньонка. — Мы с ног сбились!
Я хотела объяснить, но хозяйка замка на озере оправданий не ждала. Просто ухватила за руку и потащила к распахнутым дверям, возле которых чинно стоял церемониймейстер.
Мужчина одарил доброжелательным взглядом, громыхнул посохом и назвал наши имена.
Оваций не было, вздохов восхищения тем более. Мы с Вентой спускались по лестнице в тишине, заполненной шуршанием платьев, отзвуками светских разговоров и тихим перезвоном бокалов — к этому моменту лакеи уже начали разносить напитки.
У дурборской и верилийской аристократии поводов удивляться не было, только повод к любопытству у тех, кто видел Эмелис из рода Бьен впервые. И лишь студенты и преподаватели дурборской академии магии стояли как громом пораженные.
Я понимала, что реакцию магов заметят, но точно знала — не поймут. Я же не афишировала тот факт, что в Дурборе училась. А папа и Ридкард… ну им известно, что имя рода скрывала, так что вытянутые лица студиозусов не удивят совсем."
"А мне… мне главное не сорваться. Не сказать Ридкарду всё, что думаю на его счёт. И не выдать своих чувств, когда будет целовать руку.
