В темноте третий этаж шепчется тайны: комендантша отворяет дверь, и вы стоите перед камерными интерьерами — кроватью, столом и креслом. Здесь царит тихая атмосфера опасности и ожидания, где каждый звук становится важным шагом на непредсказуемом пути магии и сердца.
Крупный, широкий и… совсем нетрезвый. Кейна заметно штормило, щёки заливал широкий, нездоровый румянец, выпученные глаза неестественно блестели. А ещё он сжимал в руках нечто напоминающее свёрнутую в трубочку газету. Впрочем, это и была газета, как вскоре выяснилось…
— Нет у них совести, господин тренер, — зло усмехнулся маг. — Чувство стыда тоже незнакомо.
Вот теперь и Кир происходящим заинтересовался. Разжал объятия и медленно обернулся. При этом умудрился встать так, чтобы загородить меня, ну и обзор заодно. Я из-за спины брюнета, разумеется, вышла.
— Карас, Даяну и Лим приговорили к пожизненной каторге, — заявил Кейн. Потряс той самой газетой. — Завтра на девчонок наденут браслеты лишения и отправят на рудники, в Северные горы. Они будут кормить и… — лицо парня исказила гримаса ненависти, — и обслуживать тех, кто добывает камушки для всяких там… колье.
Я намёк поняла. Остальные, разумеется, тоже. По толпе побежал шепоток, в нас с Киром полетели недоумённые взгляды.
— Наши девочки будут стараться, чтобы такие, как эта, — Кейн указал пальцем, словно под куполом есть кто-то, кто сомневается или не понимает, — могли блистать на балах, приседать в реверансах и кувыркаться с богатыми, заносчивыми уродами.
— Хватит, — оборвал Кир. Очень спокойно прозвучало, но по спине прокатилась волна холода.
— Нет, не хватит… — протянул сокурсник и сделал шаг вперёд.
Я медленно опустила щиты, которые по-прежнему держала, и глубоко вздохнула, готовясь вытерпеть ещё одну порцию грязи.
— Не хватит, ваша… светлость. Или как вас там, а? Кирстен из рода… а из какого ты рода, Кирстен? Кто ты, если позволяешь себе вершить судьбы…
— Хочешь сказать, что это я вынес приговор? — перебил Кир надменно.
— А кто?! — воскликнул Кейн, подходя почти вплотную. Между нами не больше четырёх шагов осталось.
Точно знаю, если б не зрители, Кир пресёк бы этот цирк самым жестоким образом. Он говорил не для Кейна, он говорил для защитниц и боевиков, которым выпало стать свидетелями столь некрасивой сцены.
— Насколько мне известно, решение принимал Совет Ордена.
Кейн громко фыркнул.
— Ну да! Как же!
— Что заставляет тебя сомневаться? — вопросил Кир, складывая руки на груди.
— Что?! Да Совет Ордена никогда бы…
— Никогда? — перебил синеглазый. — Почему же?
— Да потому что Карас и девочки, они… они…
— Знаешь, Кейн, если бы приговор выносил я, то эта троица не в Северные горы, а на плаху отправилась.
