В темноте третий этаж шепчется тайны: комендантша отворяет дверь, и вы стоите перед камерными интерьерами — кроватью, столом и креслом. Здесь царит тихая атмосфера опасности и ожидания, где каждый звук становится важным шагом на непредсказуемом пути магии и сердца.
— Вы не против?
— Не против, — выдохнула я, стараясь усмирить бунтующее сердце. Оно вопреки всему покидать палату не хотело."
"Кабинет господина Жарка располагался совсем рядом, в десятке шагов. Помещение было маленьким, но очень светлым. Мне предложили лечь на узкую кушетку, тут же ощупали руки-ноги и одобрительно кивнули.
— Вы восстанавливаетесь быстрее, чем ожидал.
Я робко улыбнулась и попыталась встать. Жарк не позволил.
— Сейчас пилюли, — сообщил он. — После ещё одно обезболивание. Знаю, что не болит, но я должен подстраховаться.
Перечить старику, само собой, не решилась. В таких ситуациях спорить вообще глупо. Но всё-таки села на кушетке — просто иначе пилюли пить неудобно.
— Вы пережили сильнейшее магическое перенапряжение, — продолжал целитель. — Боль, разумеется, вышла из-под контроля и перешла на физический план. Впрочем, всё не так серьёзно, как предполагалось. — Он выдержал паузу и лишь потом пояснил: — Мы вообще сомневались, что очнётесь.
Столь «оптимистичное» заявление заставило вздрогнуть, но я совладала с собой раньше, чем целитель заметил.
— А Кир? — сама не знаю, почему спросила. Что имела в виду, тоже не совсем поняла.
— Кирстен не сомневался, — ответил старик. — Кирстен… Кирстен, он…
— Что?
Старик скорчил горестную гримасу, сказал как будто нехотя:
— Кирстен не сомневался, что очнёшься. Но он бесился, Эмелис. По-настоящему бесился. Я сам не видел, но мне рассказывали, что Кирстен прибыл к месту схватки одним из первых и…
— И что?
— Его оттащили, — выдержав очень долгую паузу, признался собеседник.
Нет, это не та ситуация, в которой стоит радоваться, но на душе стало теплей.
— Что с девчонками?
— Ты про Даяну и её подруг? Их забрали в Орден.
Я не удивилась. Нападение, да ещё такое, — жесточайшее нарушение правил. Причём не только академии, а вообще.
— Будут судить?
— Вероятнее всего. За ними сам Лаун приходил, представляешь?
Я замерла, выдохнула ошарашенно:
— Кто?
— Архимаг Лаун, — повторил старик, протягивая горсть пилюль.
Он поднялся и неспешно направился к столику, на котором стоял кувшин, а я… я ощутила такой прилив дурноты, какого даже в момент пробуждения не было.
Лаун? Сам глава магического Ордена Дурбора? О Всевышний, только этого не хватало!
— Господин Жарк, — сглотнув внезапный ком в горле, позвала я. — Господин Жарк, как думаете, процесс будет открытым?
— Не только открытым, но и громким.
