Автор
Генрих Юрьевич Ротмистров наблюдает за Сектором — враждебной территорией, окруженной Барьером. Он оказывается в центре конфликта, где приходится выживать среди искажений и опасностей. Путь одиночки лежит через эти земли, полные тайн и чужих угроз.
Похоже, «Путь одиночки» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Данила кивнул в ответ, мысленно хмыкнув: «Блин, „золотая молодежь“: кто сын, кто дочь… Один Геша у нас личность самостоятельная, хоть и долбанутая».
— Дочь, значит, — повторил Дон и кивнул своим мыслям. — А ты — Момент, так? Проводник, значит…
— Проводник и охотник, — важно поправил Момент.
— Ну, хорошо, идемте в дом.
Данила, не задавая вопросов, пошел за хозяином. Из вольера у забора донеслось глухое недоброе рычание — кавказская овчарка. Здоровенный кобель скалил зубы, предупреждая: обидишь хозяина — сетку порву, горло тебе перегрызу, понял? «Понял, — всем видом продемонстрировал Данила. — Хотя хозяина твоего, милый песик, хрен обидишь, он сам кого хочешь обидит».
— Тихо, Тиран, — приказал Дон. — Тихо.
Кобель и не думал слушаться. По его разумению, он ничего такого не делал, только предупреждал. Не нравился гость Тирану, и мнение свое он имел полное право донести до окружающих. Кусать ведь не кусает, грызть не грызет…
— Своевольный, — то ли пожаловался, то ли похвастался Дон. — И умный, сам все знает.
Поднявшись на крыльцо, они не разуваясь прошли в гостиную. Здесь горел за прозрачным экраном камин, играла еле слышная музыка — что-то из классики. Оштукатуренные стены были украшены картинами в рамах. Наверное, не репродукции — подлинники. Сдержанность, умеренность, тонкий вкус…
— Присаживайтесь. — Дон указал на бежевый кожаный диван. — Будем говорить.
«На кой черт мне с тобой трепаться без толку, ближе к делу давай, — поморщился Данила. — Бесполезная трепотня, а за мной МАС охотится. И единственный мой свидетель, единственный, кто может доказать мою правоту, — без сознания, вот-вот помрет. И ее жалко, конечно, но и себя жалко тоже. Выберусь — больше Моменту ни одного серьезного дела не доверю, ничего ему больше не поручу! А сейчас лишь бы он молчал, придурок, не портил дело и дальше».
Геша, будто подслушавший мысли Данилы, молчал в тряпочку.
— Позвонил утром человек… — Дон говорил и расхаживал по комнате. — Работает в МАС, давно его знаю, многим обязан, но и он обязан мне… Так вот он сказал: «Если увидишь, Дон, дезертира и убийцу капитана Астрахана, сообщи нам, очень поможешь».
Ага! Вот и объяснение, почему сразу не убили. Почему пригласили в дом, разговоры теперь ведут… Может, уже патруль сюда едет? И ведь нет Дону дела до того, что МАС Данилу не арестовать хочет, что живой он Ротмистрову не нужен. Объясняй, не объясняй… Хотя если бы сюда уже ехал патруль — Дон бы не рассказывал про звонок.
