Автор
Генрих Юрьевич Ротмистров наблюдает за Сектором — враждебной территорией, окруженной Барьером. Он оказывается в центре конфликта, где приходится выживать среди искажений и опасностей. Путь одиночки лежит через эти земли, полные тайн и чужих угроз.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Путь одиночки»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Генрих Юрьевич Ротмистров наблюдает за Сектором — враждебной территорией, окруженной Барьером. Он оказывается в центре конфликта, где приходится выживать среди искажений и опасностей. Путь одиночки лежит через эти земли, полные тайн и чужих угроз.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Генрих Юрьевич Ротмистров наблюдает за Сектором — враждебной территорией, окруженной Барьером. Он оказывается в центре конфликта, где приходится выживать среди искажений и опасностей. Путь одиночки лежит через эти земли, полные тайн и чужих угроз.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Путь одиночки» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Интересно, все машины накрылись или осталось что-то на ходу? Судя по тому, с какими воплями люди суетились вокруг, не работала ни одна.
Снова прибежал Бульдог:
— Нашли! Сейчас пригонят!
Люди Дона высыпали за ворота, Влада — за ними. Снова взвыла сирена, потом заглохла, и донесся рокот двигателя. Ревело, словно БТР ехал, не меньше. Вскоре появилось и чудо техники. Среди порождений Сектора машина смотрелась бы гармонично. Когда-то это был «УАЗ», теперь же он мутировал по прихоти владельца, колеса его раздуло до невероятных размеров, в боках он тоже раздался, брезент заменили металлом, на крышу установили прожекторы.
— Едем! — скомандовал Бульдог.
Влада села сзади, у дверцы, рядом со скандинавом. Всего в машину поместилось семь человек. Тронулись.
Москва потрясала воображение. И без того безлюдные улицы опустели. То и дело из мегафонов прорывалось хриплое: «В городе введено чрезвычайное положение. Ввиду повышенной опасности просьба не покидать жилища. Все общественные мероприятия и занятия в школах отменены. Повторяю…»
Выехали на непривычно пустую трассу.
— Город как после взрыва нейтронной бомбы, — сказала Влада, прильнув к окну.
Ее не покидало ощущение, что все это — горячечный бред. Шмяк — разбилась о стекло ларва. Заработали дворники, но ларва зацепилась за левый, и ее внутренности еще больше размазались по лобовому. Ларва за пределами Сектора? Такое возможно? Влада ущипнула себя за руку, но видение не рассеялось.
Водила выругался. Девушка подумала, что его ларва нервирует, но оказалось, впереди фура перекрыла дорогу. Наверное, долбануло Всплеском, когда ехала. Сбавив ход, «УАЗ» начал разворачиваться — блондина прижало к Владе, он протянул руку, будто желая ее обнять. Влада не успела удивиться этому неожиданному жесту — толчок, и она вывалилась из вставшей машины. Перекувырнулась, поднялась на четвереньки, вскочила. Что происходит? Засада?!
От фуры к «уазику» Дона бежали вооруженные люди.
Влада кинулась назад, к своим. Навстречу ей из машины шагнул скандинав. Что же ты не стреляешь?! Чего ждешь?!
Она открыла рот, чтобы обругать его, но блондин вырвал у нее пистолет и ударил в солнечное сплетение. Девушка согнулась пополам, тщетно пытаясь вдохнуть.
Вокруг стреляли. Последовал еще один удар — твердым, по затылку, и все звуки стихли.
Впервые в жизни Федор Михайлович Костров, он же Фидель, пожалел, что лагерь у него так глубоко в Секторе, да еще и на болотах. Потому что весь прошлый день мало того что звери табуном бродили, так еще из топи повылезли хамелеоны исключительно отвратной наружности и дикого нрава, одни «лягушки» чего стоили — огромные, с корову, покрытые складчатой и сочащейся слизью бурой шкурой (почему-то твари Сектора этот цвет предпочитали прочим). Собаку сожрали, гады.
