Автор
Генрих Юрьевич Ротмистров наблюдает за Сектором — враждебной территорией, окруженной Барьером. Он оказывается в центре конфликта, где приходится выживать среди искажений и опасностей. Путь одиночки лежит через эти земли, полные тайн и чужих угроз.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Путь одиночки»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Генрих Юрьевич Ротмистров наблюдает за Сектором — враждебной территорией, окруженной Барьером. Он оказывается в центре конфликта, где приходится выживать среди искажений и опасностей. Путь одиночки лежит через эти земли, полные тайн и чужих угроз.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Генрих Юрьевич Ротмистров наблюдает за Сектором — враждебной территорией, окруженной Барьером. Он оказывается в центре конфликта, где приходится выживать среди искажений и опасностей. Путь одиночки лежит через эти земли, полные тайн и чужих угроз.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Путь одиночки» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Может, и не лучших бойцов лагеря, зато проверенных товарищей. Модест и Сева, непохожие близнецы, пришли в Сектор вместе с Фиделем, да и раньше они дружили, еще когда жена была жива, а Владка — маленькая совсем… Если уж с кем ее и выручать, то с братьями Жуковыми.
Модест, высокий блондин со слегка оплывшей фигурой бывшего спортсмена, на предложение выручить Владу ответил согласием и молча пошел собираться. Сева, маленький круглый брюнет, долго и въедливо выспрашивал у Фиделя подробности плана, а когда выяснил, что плана нет, сел разрабатывать, перевел кучу бумаги, ничего путного не придумал — так, в общих чертах набросал, но остался доволен собой.
Когда покидали лагерь, Зулус увязался-таки следом, и Фидель не стал его прогонять: пес скучал по Владе не меньше его самого.
Сева был проводником, и проводником хорошим. Хотя маршрут до Твери все знали неплохо, а пропуска «старичкам» Фидель продлевать не забывал.
Шли по непривычно пустому Сектору, огибая искажения, молчали каждый о своем. Когда дружбе больше десятка лет, все уже сказано и разговоры становятся необязательными. Ты и так понимаешь, о чем думает идущий рядом.
Утром переменчивый октябрь преподнес неприятный сюрприз: небо затянули темные тучи, порывами ветра бросало снежную крупу, подмерзшая трава хрустела под ногами, при дыхании изо рта вырывался пар. Зулус шумно обнюхивал кусты, но беспокойства не проявлял — ни одной твари по пути не встретилось.
До Твери добрались быстро.
— Давайте перекусим, — предложил Сева, — с утра не ели ничего. Тут заведение есть — «Укурка». Название, конечно, дурацкое, но кормят прилично.
«Укурку» Фидель знал, он сам не раз и не два здесь останавливался пообедать, когда шел «в цивил» или домой. Заведение «держала» всем известная Гарри, девушка Момента, и это было кстати: ее можно порасспросить, ведь наркоман был заодно с похитителем, Фидель видел, как они слаженно отстреливались на складе Цыбулько.
Модест, как всегда, согласился с мнением большинства — молча кивнул. Он всегда был неразговорчив, а с возрастом так и вовсе передал вербальную функцию брату.
Сева, оживившись, повернул к таверне.
По Твери будто Мамай прошел: разруха, запустение, ни прохожих, ни зверья. У входа в «Укурку» возился бармен Косой, пытался что-то сделать с развороченной дверью.
— Утро доброе, — поздоровался неунывающий Сева. — Это кто же тут так постарался?
— Что, совсем закрыты? Косой, а за Барьер как, пускают?
— Там такие дыры в Барьере — кого угодно пускают. Здесь вчера, — бармен вытер руки о грязный рабочий комбинезон, — такое творилось… Ну и вам там, наверное, несладко пришлось.
— А скажи, Косой, ты мою Владу не видел? — спросил Фидель.
— Владу? Давно она не появлялась.
— Понятно. А проводника Момента? Он вроде с Гарри дружил.
