Мы были скотом, но в Итиле – стране чудесных рыб, осетры настолько велики, что нас никогда не голодали. Вечерами мы жевали вкусную юшку с кусочками диких корней и чеснока. Мечтая о домашних кухнях и любимых блюдах, наша сага стала самой важной частью жизни.
– Ну, что же! – Олав поднялся на ноги и значительно кивнул Сванхейд, чтобы подала рог.
– Подойди, Годред, – конунг указал на голову и шкуру жертвенного кабана, лежавшую на очаге, – и принеси твой обет как полагается. И ты, Ульвхильд.
Под сотнями напряженных взглядов Годред и Ульвхильд вышли вперед и встали у пылающего очага, чтобы повторить свои обеты, возложив руки на кабанью шкуру. Сванхейд стояла возле них с рогом в руках, и ее лицо было скорее мрачно, чем радостно. Даже Вито, в огромном смятении наблюдавшая за всем этим, не могла не признать про себя, что Годо и Ульвхильд отлично смотрятся вместе.
– Что ты загрустила? – Свен приобнял ее и заглянул в лицо. – Нужно радоваться. Все идет по-нашему.
Он поцеловал ее, и Вито отпустила прикушенную губу, постаралась взять себя в руки и даже улыбнуться. Она не будет достойна своего мужа, если не обрадуется случаю для него увеличить свою славу.
«Те, кто хочет идти, – идите»… – звучало у нее в мыслях. В эту ночь боги слышат каждое слово, и Олав, сам того не зная, открыл дорогу к новым подвигам для тех, у кого в том была нужда.
«И возвращайтесь!» – твердила Вито, глядя на огонь очага, на голову и шкуру жертвенного кабана, на серебряный рог.
Послесловие автора
Выражение «историю пишут победители» справедливо только для нашего времени. Если говорить о той эпохе, которой я занимаюсь, то там историю писали те, кто в принципе умел писать.
