Внутри заброшенного дома началось что-то необычное — тени исчезали под кромскими каменными дверями. Казалось, кто-то играл со мной в прятки, скрывая спасительный выход. Наконец в серой дымке показались какие-то очертания: старый, покосившийся от времени забор, калитка и затем — полуразрушенный дом с обвалившейся стеной из камня и мраморным крыльцом....
При воспоминании о темноволосом вампире (приходится привыкать к этой мысли) я начинала нервничать. Я ненавидела его, и моя злость растекалась по телу, лишая возможности думать рационально и совершать разумные поступки. И вместе с тем я испытывала что-то, что и сама хотела бы затолкать вглубь себя. Пронзительный взгляд преследовал меня, не давая расслабиться ни на минуту.
– Катя, а ведь они сначала на тебя подумали, что ты ведунья, – сказала я, чтобы отвлечься от опасных мыслей.
– Да. Но я никак не могла сообразить, о каких Вратах они говорили.
Я поморщилась от слова «ведьма». Звучало очень грубо.
– По поводу твоей невосприимчивости к гипнозу у меня есть соображения. Скорее всего, помог перстень, который я тебе дала. Они говорили, что это кольцо Врат, видимо, оно обладает магическими свойствами. Не снимай его, Катя, ни при каких обстоятельствах, – потребовала я.
– Хорошо, – послушно согласилась подруга.
Страшно даже представить, что будет, если она лишится единственной защиты от воздействия этой парочки.
Я подошла к холодильнику и открыла дверцу. Он оказался завален продуктами. Желудок заурчал, реагируя на обилие еды.
– А вот с Вратами я ничего не поняла, – продолжила я свои рассуждения, извлекая на свет ветчину и сыр. – Не знала, что вампиры питаются зеленью, фруктами и мясом.
– Это не для нас, – неожиданно над ухом раздался голос Лео.
Я выронила кусок сыра, но он, не долетев до пола, был перехвачен вампиром.
– Еще раз попробуешь проделать это, я тебе клыки повыбиваю, – пообещала я.
Лео удивленно моргнул, но сделал вид, что не расслышал моих слов.
– Мы в квартире Эрика, – спокойно произнес он, отойдя от меня на приличное расстояние. – Он любит иногда приводить сюда смертных. Думаю, вы догадываетесь для чего.
При последних словах он с издевкой посмотрел на меня.
– Что? Вы кормите свой ужин перед тем, как употребить его в пищу? Как все продумано с вашей стороны. – Я отбила его подачу.
И без того бледная кожа Лео побледнела еще сильнее. Но, возможно, мне это только показалось.
– Не думал, что Избранная окажется настолько… – он замялся, – непонятливой.
Я опять начала закипать.
– Эй, хватит вам, – неожиданно вмешалась Катя. – Еще подеретесь.
