Внутри заброшенного дома началось что-то необычное — тени исчезали под кромскими каменными дверями. Казалось, кто-то играл со мной в прятки, скрывая спасительный выход. Наконец в серой дымке показались какие-то очертания: старый, покосившийся от времени забор, калитка и затем — полуразрушенный дом с обвалившейся стеной из камня и мраморным крыльцом....
«Маленькая дрянь!»
Я и сам уже не понимал, что в ней так злит меня. Острый язычок человечки, несомненно, сыграл важную роль, но мне не давало покоя что-то другое. Я пытался уловить это нечто, но так и не смог вычислить из целого ассорти раздражающих и доводящих меня до срыва факторов. К многочисленным колкостям и препирательствам добавилось откровенное издевательство. Неверие ведуньи в существование нашей расы стало последней каплей в коктейле, состоящем сплошь из ярости и жажды свернуть ей шею.
«Что ж, – усмехнулся я, – проверим, так ли ты крепка, как кажешься».
Существовал единственный способ заставить дерзкую девчонку угомониться. Я понадеялся, что она не откажется от небольшой демонстрации.
– А ты бы хотела железных доказательств? – заведомо зная ответ, поинтересовался я.
В ее глазах промелькнуло сомнение, но оно тут же уступило место холодной решимости.
– Хотела бы, – с вызовом ответила она.
«Умница, девочка. Я в тебе не ошибся», – мысленно похвалил я ее.
Я и не заметил, как начал рассматривать ее несколько по-иному.
Понадобилось мгновение, чтобы я переместился к насторожившейся ведунье. Ее глаза удивленно распахнулись, словно она стала свидетелем как минимум визита пришельцев. Я не стал ее успокаивать и обнажил клыки, посылая растерявшейся девчонке кровожадную ухмылку.
Тук-тук-тук.
Звук гипнотизировал, манил к себе. И я тянулся к нему. Уже спустя мгновение мои губы коснулись нежной кожи прямо над тем местом, где бился пульс Избранной.
– Лео, стой.
