Внутри заброшенного дома началось что-то необычное — тени исчезали под кромскими каменными дверями. Казалось, кто-то играл со мной в прятки, скрывая спасительный выход. Наконец в серой дымке показались какие-то очертания: старый, покосившийся от времени забор, калитка и затем — полуразрушенный дом с обвалившейся стеной из камня и мраморным крыльцом....
Я, наверное, покрылась красным пятнами, так как почувствовала прилив крови к лицу. Вот так от макаки мы плавно перешли на двусмысленные намеки.
Не выдержав, я подскочила со своего места и приготовилась ударить его. Лео ловко перехватил мои руки и зажал между ладонями. Мы оказались лицом к лицу. Эта поразительная близость вышибла весь воздух из моих легких, и губы предательски зачесались, словно в ожидании поцелуя.
– Меня заводят твои шипы, колючка, – прошептал он, практически касаясь губами моих губ.
– Смотри, а то шкурку обдерешь.
Лео притянул меня к себе, а я растерялась. Если он посмеет меня поцеловать, то я рискую лишиться здравого смысла. А проучить этого поганца не мешало бы. И я сделала то, что в такой ситуации делают все продвинутые дамочки. Я резко наступила ему на ногу. И благо что была без каблуков. Иначе незадачливому вампиру пришлось бы залечивать еще одну рану.
Лео охнул, скорее от неожиданности, чем от боли, и отпрянул от меня. Я же получила вожделенную свободу.
– Сумасшедшая, – прошипел он.
– Предупреждаю: сунешься, и мало не покажется, – воинственно подбоченилась я.
– Что ж, не буду настаивать, – слишком любезно согласился он. – Но мы еще вернемся к нашему разговору. И я не забыл про вчерашнее. Так просто ты от меня не отделаешься. Я всегда беру то, что хочу.
– Смотри, чтобы я тебе твою хотелку не оторвала и не завязала бантиком на шее. Если ты вампир, то я ведьма.
Мы сверлили друг друга взглядом, пока Лео не сдался.
– Упрямая ослица, – бросил он, поднимая мою сумку и направляясь к выходу.
– Индюк напыщенный, – не осталась я в долгу.
Дверь громко хлопнула, и я осталась одна.
Как и было условлено, через двадцать минут я сидела в машине и смотрела на мрачные окна ночного пристанища. Там, на простынях в занюханной комнатке осталась память о страстном поцелуе и почти свершившемся акте любви.
«Хотя о чем это я? Неужели заразилась романтической чушью от Катьки? Любовью там и не пахло. Это нынче называется по-другому.
– И долго нам ехать до твоего приятеля? – через полчаса пути спросила я.
– Долго. Если ничего непредвиденного не случится, вечером будем у него, – равнодушно ответил Лео.
