В Выборге наступило летнее тепло, когда можно выйти на берег с друзьями за пивом и окрошкой. Многообразие тихих улочек и живописных набережных создает особую атмосферу, где каждый шаг ведет к новым приключениям.
— Забей. Лучше скажи, почему его зовут Безумным?
— Из-за хиста. Чем меньше он в бою руководствуется здравым смыслом, тем сильнее его хист.
Стражник сказал всего несколько предложений, но тут же стал жадно хватать ртом воздух. Сбился с дыхания. А мне хоть бы хны. Я махнул рукой, мол, можешь не продолжать и легко побежал впереди. Анфалар к тому времени ушел уже далеко, едва ли наша троица могла на него ориентироваться.
Нет, все-таки какой «молодец». Связал тут по рукам этими стражниками, а сам отправился воевать с тварью. Хотя не скажу, что меня такое расклад очень уж расстроил. Скорее уж наоборот. Я готов с этими товарищами до конца дня марш-броски устраивать, если не надо будет сражаться.
Меня смущало разве что две вещи. Во-первых, почему я узнаю, что Анфалар зовется Безумным именно сейчас? И отреагирует ли как-нибудь крон на нападение своего создания? Ведь эта нить здесь не просто так. Явно не для красоты.
На многие вопросы жизнь не дает ответов. Сегодня у меня было пиршество ума. Потому что Анфалар с легкой руки решил прояснить множество моментов.
Мы как раз спустились в долину и добрались до дырявого каменного столпа шкрегов. Несчастные жуки, завидев нас, разбежались по норам. Аруги издали заметили приближение двуногих и сочли за самое благоразумное отойти подальше, все еще подглядывая за нами. Думаю, не будь здесь двух рубежников, эти могучие создания даже рогом бы не пошевелили. Вся прочая живность тоже разбежалась в разные стороны, лишь бы не попасть под ноги Анфалару.
Поэтому можно сказать, я бежал по уже безлюдной земле, вполне оправдывающей свое название, когда рубежник стал сражаться. Зараза, и ведь не поможешь ему, нельзя оставлять этих стражников. С виду здоровые лбы, вот только в этой же долине безрубцовым находиться без защиты опасно. Поэтому я подгонял и без того выкладывающихся на полную людей. А сам меж тем следил за Анфаларом.
Могло показаться, что мой друг забыл военную науку. Он двигался порывисто, на первый взгляд без всякого смысла и порядка, словно действительно был безумным. Но вместе с этим я видел и чувствовал, как просыпается его хист. Как гигантский гейзер, готовящийся выплеснуться наружу.
Застывшая тварь, которая прежде будто бы спала и видела сны, мгновенно возбудилась. Она быстро зашевелила крохотными лапками возле рта, а потом ловко развернулась и плюнула в Анфалара паутиной. Гадство, ты еще из этих, арахнидов?! Вот тебе и таракан!
Ведун мало того, что не увернулся, напротив, он будто только этого и ждал.
