В Выборге наступило летнее тепло, когда можно выйти на берег с друзьями за пивом и окрошкой. Многообразие тихих улочек и живописных набережных создает особую атмосферу, где каждый шаг ведет к новым приключениям.
— Раннагар, ты недостоин света Скугге! — заревел Анфалар. — Сейчас была не твоя очередь!
Лично меня больше всего интересовал совершенно другой момент. Я торопливо достал Компас и подумал о кроне. Слава богу, стрелка неподвижна. Он не бросился на выручку к своему созданию.
Вот только на душе было все равно неспокойно. Почему? Неужели ему плевать? Или тут что-то еще? К примеру, зачем приходить самому, если можно отправить слуг?
Я подумал о тварях и теперь стрелка стала бешено вращаться, то в одну, то в другую сторону.
— Успокойся, Анфалар. Боюсь, что в скором времени у каждого будет шанс стать рубежником. Или умереть, что более вероятно.
Глава 18
Стоило подумать, что мне начало везти, как судьба в очередной раз макнула меня головой в некую пахучую субстанцию. Очки свидетельствовали о том, что по направлению к нам стремятся три твари. И в данном случае глагол очень подходил. Потому что лично мне было довольно стремно.
Если бы я обладал такой же самоуверенностью, как и Анфалар, то сказал бы: «Даже больше, чем нам нужно».
К тому же, нити, ведущие от них к крону, были уже более прочными. Видимо, он держал на привязи этих созданий давно. И явно не просто так.
— Сколько их, Матвей? — спросил ведун.
Я даже не успел понять, когда у меня возникла репутация опытного тварелова. Но Анфалар сейчас был совершенно прав. В этой теме я шарил.
— Трое. Сильные твари.
Это я уже брякнул так, на всякий случай.
— Выбора у нас все равно нет, — философски заметил Анфалар. — Мы не можем бросить стражников.
Ну да, даже учитывая, что один из троих теперь стал рубежником, он все равно не умел «скользить». Если отступим сейчас, вся троица умрет.
Забавно, что в моем мире подобный выбор вовсе бы не стоял. Каждый сам за себя и все такое. И у меня на мгновение возникла мысль, что здоровый эгоизм — это не всегда так уж плохо.
Анфалар понятно, приятный почти во всех отношениях мужик, если не брать во внимание «безумие», а вот этих дядек я вообще первый раз в жизни вижу. И как бы не получилось так, что они станут и последними людьми, которые будут сопровождать Зорина Матвея в конце его пути. Я не Хью Хефнер, и толпу высоких блондинок с силиконовый грудью возле гроба не представлял. Но и последние минуты виделись чуть по-другому.
