В Выборге наступило летнее тепло, когда можно выйти на берег с друзьями за пивом и окрошкой. Многообразие тихих улочек и живописных набережных создает особую атмосферу, где каждый шаг ведет к новым приключениям.
Поселение лесных чертей встретило меня выстроившейся чуть ли не в ряд нечистью. Будто ждали вернувшегося с войны героя. В двух шагах от остальных и ближе ко мне стоял сам Большак. Возвышался над сородичами, чуть подрагивая и с ужасом поглядывая на мою ношу.
Как все изменилось. Раньше я думал, что Большак — здоровая и опасная нечисть. А сейчас смотрел на его рубцы — мелочь. И если вдруг случится бой, то еще непонятно, кто кого одолеет. Если же я как следует подготовлюсь, то у предводителя чертей шансы на победу значительно снизятся.
Я оглядел деревню. Не скажу, что поселение находилось в лучшем состоянии, чем прошлое обиталище чертей. Может даже наоборот. Многие из домов если не развалились, то в ближайшее время намеревались это сделать. Некоторые пожитки черти еще не разобрали, потому те лежали в огромной телеге. А над крышами царил тяжелый болотный смрад. Такое себе местечко. Непохоже, чтобы Большак подобным образом улучшил жилищные условия.
— Здравствуй, Матвей, — заискивающе наконец произнес главный черт.
"— И тебе, Семен, не хворать. Вы куда забрались? Еле вас нашел. Видимо, хотели, чтобы, как у Христа за пазухой, а вышло, что у черта на куличках, так?
— Это… — Большак не договорил, продолжая тыкать в сторону мертвой нечисти у меня на плече.
— Это? — я сбросил тело, словно впервые его увидел. И с омерзением вытер теперь склизкое плечо и руку мокрой испорченной футболкой. — Да не знаю, дурачок какой-то. Бросился на меня ни с того, ни с сего. Может, бешенство у него. Придется уколы ставить.
— Анцыбал, — добавил Большак, совсем убитым голосом.
— Правда? А точно, похож. Смотрю, глаза знакомые, — сказал я. А после уже обратился к Семену сурово, вложив в голос хист. — Значит, он с тобой договорился, чтобы ты от лешего сбежал?
— Он, — совсем потерялся Большак.
Да, Семен уже не был похож на того самоуверенного черта, которого я видел в последний раз. Похоже, понял, что его дело труба. Собственно, так оно и было.
— Леший просил передать, что очень ждет вас обратно.
— Матвей, ну как же мы теперь…
— Вот так! Вам и слово никто не скажет. А если вдруг попробуют, ответь, что ваше дело маленькое. И к лешему перенаправь. Скажи, он твоя крыша. Мы уже с ним решим, как поступить. Понимаешь, у лешего очень много друзей рубежников, а он почему-то стеснялся их беспокоить.
