Он был растрепан, виски были седыми — наверное, это привлекало студенток, не раз названивавших по вечерам. Импозантный университетский дядечка, занимавшийся наукой и молоденькими девчонками. В груди я чувствовала спокойный холод, лед потихоньку таял, и его место занимало презрение.
— Теперь? Почему? Любовница больше не может ждать?
Фрэнк не на шутку испугался. Он был до того забавным, что я с трудом сдержала хохот и только горько усмехнулась.
— Боже, ты думал, я не знаю! Настоящий ученый — рассеян донельзя!
Фрэнк сел на кровати. Видимо, ему стоило больших усилий сдержать себя.
— Я был скромен и не давал повода для ревности.
— Ну да, конечно. За десять лет было по меньшей мере шесть «поводов», — я не удержалась от подколок. — Ну а если в два раза больше — это, разумеется, тоже не повод ревновать.
Фрэнк, сколько я его знала, редко давал волю чувствам. Но он закусил губу, и я поняла, что он зол не на шутку.
— Этот «повод», вероятно, уникальный в своем роде.
Я легла на кровать и закинула руки за голову, являя собой образец язвительной небрежности.
— Но зачем так спешить? Какая роль Бри в этом всем? Зачем она тебе?
— Бри сможет доучиться в школе-интернате, — сказал как отрезал. — Смена обстановки ей не помешает.
— Интернат — это не та обстановка, ради которой нужно уезжать из страны. Ей нужно окончить школу, и она вряд ли захочет бросить друзей. К тому же подобные английские школы…
Ух, чопорный английский интернат, место, где ты, как никогда, чувствуешь свое бессилие и невозможность что-либо изменить, — дядюшка Лэм как-то хотел отправить меня в подобное заведение. Я так жалко пыталась протестовать, на всю жизнь запомнила. Иногда больничный кафетерий напоминает о таком бессилии.
— Знаешь, дисциплина никогда не была лишней, — Фрэнк, по всей видимости, долго готовился к разговору и пытался настоять на своем. — Кстати, тебе тоже.
Мне не нравились такие морали, и он решил быть откровенным.
— Скажу прямо: в Кембридже есть неплохое место для меня. Я уже дал свое согласие. Останусь в Англии. Из больницы ты не захочешь уходить, но я не брошу своей дочери.
Вот это да! И правда готовился! Работа, любовница — все продумано. И для Бри нашлось место в его новой жизни… Но нет, я этого так не оставлю.
— Ну разумеется. Я буду рад видеть тебя в любое время, приезжай.
— Подонок… — Я шипела.
Фрэнк сделал вид, будто мне столько же лет сколько Брианне. Или какой-нибудь из его многочисленных увлеченных им и наукой — им в первую очередь — студенток.
— Клэр, будь умницей. Тебя почти никогда не бывает дома — кто будет заботиться о Бри?
— К твоему сведению, Бри скоро восемнадцать! Или ты думаешь, что ей все еще восемь?
— Ну и что из этого? Восемнадцатилетний нуждается в заботе не меньше восьмилетнего.