В отдаленном северном лесу начинается приключение – путешествие на айсберг. Каждый день напоминает о том, как мир замирает в обыденности, пока один учитель не решает устроить уникальное исследование зимней толщи льда.
По верёвочной лестнице все вскарабкались на борт, Пирата и Фуфика подняли в корзинах, а Гага влетела сама. Последним, как и полагается, покинул судно капитан Мороз."
"– Ну, что, все на месте? – спросила Снегурочка. – Никого не забыли?
– Ой, – вспомнила Уголькова. – Постойте! Я забыла свою шляпку с пером!
– Подумаешь, шляпку, – хмыкнул Чугунков. – Я свою любимую клюшку оставил, и то ничего.
– Ладно, не расстраивайся, – утешил снегови́чку Дед Мороз. – У меня знакомый работает в зоопарке. У них там даже павлиньи перья есть.
– Была бы голова, а шляпка найдётся, – сказал Старометёлкин. – Полетели, что ли?
Снегурочка переключила коробку передач, и трейлер стал набирать высоту.
– Прощай, «Великий Устюг»! Хотя ты и маленький, но всё равно великий, – прошептала Беломухина.
Снеговики прильнули к иллюминаторам. И увидели, как айсберг превращается в маленькое белое пятнышко. Маленькое белое пятнышко в бескрайнем океане.
Глава 17
Привет, пингвины!
Обидно проплыть пятнадцать тысяч километров и почти у самой цели повернуть обратно.
– До Антарктиды рукой подать. Давай хотя бы на день заглянем. Не пропадут твои куры и грядки! – уговаривал её дед.
– Да, пожалуйста, – заныли путешественники.
– Хорошо, но только на один день!
И Снегурочка направила трейлер в сторону шестого материка.
Северный берег Антарктиды мало чем отличался от южного берега Гренландии. Ни цветочка, ни деревца, ни кустика. Те же белые равнины и ледники.
Когда «Дед-мороз-экспресс» приземлился, снеговики, вымотавшиеся за последние сутки, спали крепким сном.
– Подъём, – прочирикал Снегирёк и клюнул Котелкова в макушку.
От звона все проснулись и бросились к иллюминаторам. Трейлер был окружён пингвинами.
– Ура! Мы в Антарктиде!
– Тише, – кивнул Снегирёк в сторону кабины, – учительницу разбудите!
Снегурочка после двух суток дороги сладко посапывала на водительском сиденье. Путешественники, стараясь не шуметь, выбрались из машины.
– А вот и мои помощники, – улыбнулся Дед Мороз, окружённый группой пингвинов.
– Привет, пингвины! – не удержавшись, крикнул Чугунков.
– Русские на сдаются! – хором ответили пингвины.
– А они что, говорят по-русски? – удивились снеговики.
– Большинство – только несколько фраз: «ёлки-палки!», «вездеход сломался!» и «русские не сдаются!». Но понимают почти всё. Тут неподалёку есть наша полярная станция.
– Вездеход сломался! – дружно подтвердили пингвины.
