В глубине мрачной тьмы заседания лежит сокровище, которое кажется райским садом — цветущими рощами и теплыми аллеями. Но этот сад защищен тайнами и опасностями, от которых можно ускользнуть лишь коснувшись холодной стали своего кинжала.
Мой любимый демон склонился надо мной, приподнял мое лицо за подбородок, а потом, вглядываясь в глаза, произнес, убеждая:
— Ничего не изменилось, Хель! Хем по-прежнему твой сын, и он любит тебя, а ты его! Он так же нуждается в своей матери — надеюсь, и ты в нем, как в своем сыне? С одной лишь разницей — ты теперь знаешь, что у тебя не один сын, а полтора! — На последнем слове он с мрачным удовлетворением посмотрел на Повелителя и громко захохотал, увидев ярость на его лице.
Весь этот бред с трудом укладывался у меня в голове, но вид злющего униженного Хемвааля-старшего неожиданно вызвал улыбку.
— Слава богам и силе, что у меня есть еще тринадцать лет, чтобы свыкнуться с мыслью о двух демонах в одном. Пока же, надеюсь, вы меня простите, но Хем — мне сын, а вы, хм-м-м, — его отец и никак иначе.
Повелитель, вернувшийся с оскорбленным видом в кресло, услышав меня, неожиданно быстро успокоился, расслабился, вновь вальяжно откинулся на спинку и вкрадчиво произнес:
— Поверь, девочка, я меньше всего ожидал подобного.
Открыв рот, переваривала жестокое откровение, что если бы я не оказалась избранной Рейна, меня бы стерли с лица Тирэя, чтобы у Повелителя слабых мест не было.
— Но я очень надеюсь, раз мы пришли к консенсусу, что новая мамочка не лишит меня своей ласки.
Рейн глухо зарычал, ревниво прижимая меня к себе.
Повелитель усмехнулся и жестко предупредил:
— Я надеюсь, Хельвина, ты умеешь держать язык за зубами?
— Естественно, Повелитель! — саркастически хмыкнула я. — Учитывая, что на кону спокойствие и благополучие моей семьи: мужа, приемного сына… и даже ваше.
