Делать было нечего, как выжидать, надеясь на купца с джонкой.
На пятый день отдыха сразу после полудня Ювэй примчался с окраины деревни и со страхом в глазах прокричал:
– Кто-то идёт сюда! Человек шесть-семь. С ружьями!
– Вот собачьи души! Неужто маньчжуры? – Мишка вскочил и, схватив оружие, выскочил их хибары.
Поднялись на бугор и увидели группу вооружённых людей, подходящих к деревне. Зоркие глаза Мишки разглядели маньчжурских солдат. Деревня словно вымерла. Только тут Мишка заметил это.
– Донесли, собаки! Ну, погоди! Дай отбиться, а там посмотрим!
До солдат оставалось не более двухсот шагов. Они шли усталой походкой и с неохотой. Сзади плелись двое носильщиков, нагруженных мешками и одеялами.
– Что делать, братцы? – спросил Мишка побледневших товарищей, – Бежать поздно, перестреляют, да и не готовы мы к такому. Отбиваться придётся. Что скажете?
– А что здесь скажешь? На пощаду надеяться нечего. Маньчжуры не затем сюда тащились. Надо биться, – и Тин-линь удобнее улёгся за кустом, раздвигая ветки. – У нас три ружья, нападения они не ждут. Может, повезёт нам и сейчас.
– Только не трусить, – зловеще шепнул Мишка. – Если что не так получится – саблями пробиваться станем.
Солдаты подходили неторопливо и безбоязненно. Впереди шагал их начальник, его сабля болталась у ног.
– Пока они изготовятся к стрельбе, мы успеем перезарядить ружья, – молвил Мишка, – Целься лучше. Я беру первого, а вы остальных по очереди. И все разом.
– Не близко ли подпускаем? – спросил Тин-линь, явно нервничая и опасаясь. Лицо стало бледным, веки мелко подрагивали.
– В самый раз. А то с перепугу попасть не сможете. И-дун? Ты бери третьего, цель в живот, так вернее будет. Как выйдут на травку, так и пальнём. Только не спешите.
Слышались голоса и тяжёлый топот солдат. Мишка прицелился в грудь старшего и расслабил мышцы. Наконец маньчжуры подошли к условленному месту и Мишка, не таясь, сказал спокойно и даже буднично:
– Помоги нам пресвятая богородица. Пали!
Нестройно громыхнул жиденький залп. Дым рванулся в сторону.
Впереди кричали и бежали маньчжуры. Один остался лежать на траве. Ещё один согнулся и, бросив ружье, шатался на непослушных ногах. Его с трудом тащили двое солдат.
– Кто промазал, с такого расстояния не смог попасть! – Мишка кричал на своём языке, не задумываясь, что его никто не понимает.
Перезарядить не успели, а маньчжуры скрылись в кустарнике. Из них рванулись дымки и донеслись выстрелы. Пули взвизгнули, взрывая фонтаны песка и земли.
