Автор
Норвегия в 873 году: Дирк Герхардсен измотан битвой, когда видит девочку на берегу. Кристен Хаардрад, его сестра, вскоре подтягивается к воде, словно чувствуя присутствие чужака. Здесь молчание густо прорезано шумом стремительного Хортен-фьорда, где валуны оставляют впечатление будто бы сказочной сцены из эпохи ранних норманнов....
– Ты ведь сама понимаешь, почему тебе нельзя отправиться вместе с Селигом? - мягко спросил ее отец.
– Да, я знаю, почему ты не хочешь отпустить меня. - Она вздохнула. - Иногда мне жаль, что я но родилась мужчиной. - При этом заявлении он запрокинул голову и громко расхохотался. Кристен нахмурилась. - Я не вижу в этом ничего смешного.
– Ты даже сама не знаешь, как похожа на свою мать, Крис, - сказал он. - Полжизни она потратила на то, чтобы стать настоящим сыном для своего отца. А я благодарен судьбе, что у меня есть дочь, да еще такая красавица, как ты.
– Тогда…, ты простишь меня, если я сделаю то, что ты можешь не одобрить?
– Что это еще за вопрос? - улыбнулся он. - Ты что-то натворила?
– Нет. - На данный момент это соответствовало действительности.
– Значит, это всего лишь предположение? В таком случае я могу ответить, что, пожалуй, прощу тебе все - в пределах разумного, - добавил ок с прувеличенной строгостью, за которой скрывалась усмешка.
Кристен наклонилась и поцеловала его.
– Я люблю тебя, - нежно сказала она, и он так крепко стиснул ее за эти слова, что у нее перехватило дыхание, и она лишь вскрикнула:
– Папа!
Он спустил ее с колен, похлопав по спине, и приказал:
– Давай-ка поторопись, положи себе какой-нибудь еды, а то ничего не достанется. - Его голос был строгим, но лицо светилось любовью.
Она уселась на скамейке между матерью и Селигом, который быстро налил ей полную кружку пенящегося меда.
– Ты же не собираешься дуться, а, Крис? - спросил он.
Кристен улыбнулась, увидев, как он принялся наполнять ее тарелку, потому что обычно он никогда не ухаживал за ней за столом.
– Что, Селиг, тебе стало жаль меня?
– Можно подумать, ты позволишь кому-нибудь жалеть себя, - буркнул он.
– Ты прав, не позволю, поэтому можешь не тратить силы зря. И мое дурное настроение выразится лишь в том, что я попрощаюсь с тобой сегодня вечером, чтобы утром не видеть, как ты отплываешь без меня.
– Как тебе не стыдно, Кристен, - упрекнула ее Бренна. - Если тебе хочется, чтобы он чувствовал себя виноватым в том, что оставляет тебя здесь, ты в этом преуспела.
– Чепуха. - Кристен проказливо улыбнулась Селигу и обратилась к матери:
– Уверена, что не буду страдать от разлуки с ним.
Селиг ответил обиженным взглядом на это заявление, потом повернулся, чтобы сказать что-то Атолу, сидевшему по другую руку от него.
