Автор
В зеркальном отражении столетий оживает юная Маруська с характером. Она словно манекен, который держится на пике моды не из страха перед трудностями, а потому что увлечениями и капризами пока нет повода откладывать в сторону новенькие туфельки. Мобильник, будто почуяв опасность, бубнит непонятные звуки – сигнал не установлен. Так начинается роман о девочке-моделе, держащейся на пике моды и жизненных перемен!
– Не поняла я, чего она-то будет делать. Прослушала, что ли?
– Давайте, мама, идите, пока Галка не вернулась. Не наше дело, чего она там задумала. Давайте, помогу вам, ну-ка, стул…
– Что ты, – закопошилась бабка, – сама я. Стой тут, а то ведь не пустят потом.
Через полчаса после открытия грозная Галка вернулась и уволокла мужа из очереди, прихватив по пути задремавшую в тени мамашу.
Стас продолжал скучать в общей толпе. Серафима Борисовна самозабвенно трепалась с друзьями-«автомобилистами», сидя на лавочке. Время тянулось чудовищно медленно. К обеду очередь подошла, и их выпустили на огромное поле, заставленное машинами. Вдоль автомобилей рыскали озабоченные счастливцы."
"Поддавшись общему ажиотажу, Стас на спринтерской скорости рванул в конец загона. Ему необычайно повезло: среди банальных красно-бело-синих, неожиданно желтых и болотно-зеленых он разглядел «шоколадную», темно-коричневую машинку. Она приветливо смотрела на него и будто улыбалась новому хозяину. Через несколько минут подползла запыхавшаяся Серафима.
– Ну как? – гордо спросил Стас.
– Ух ты! – по-детски восхищенно всплеснула руками старушка. – Смотри-ка, как ненашенская прямо. Как это… во – иномарка!
Стас самодовольно выпятил грудь и похлопал «восьмерку» по капоту.
– Ну что, Серафима Борисовна? Прокачу я вас с ветерком!
Оставив Серафиму рядом с машиной, он пошел с инспектором оформлять документы. На середине процедуры выяснилось, что без бабульки не обойтись, и Стас понесся за ней. Как оказалось, необходимости сторожить выбранную машину не было. Дрожащей рукой, почти не глядя, Серафима Борисовна ставила подпись, мучительно разглядывая галочки и напряженно пытаясь успеть за инспектором, который тыкал пальцем то в одну бумажку, то в другую и тасовал документы как заправский шулер. Стас сначала бдительно читал все, что давалось на подпись, но вскоре махнул рукой: суть каждого документа была изложена с использованием чудовищных бюрократических оборотов, от чего уловить смысл было практически невозможно. Часа через два, когда все закончилось, они добрели до машины, едва переставляя ноги. Радость сменилась апатией.
Стас уже ночью зашел к соседу на девятый этаж и отдал ему деньги за гараж. Федька, пропивший недавно автомобиль, тут же изъявил желание начать пропивать вырученную сумму.
– Не, Федь, не могу, – еле ворочая языком, виновато произнес Стас.
– Ну, ладно, ты иди. Я все равно сегодня спать не буду, радость-то какая! Постерегу твою кобылку, присмотрю.
