Все это требовало от него немалых усилий — но дед его, эмир Абдаллах, мог бы гордиться своим внуком… Да, калиф был изощренным политиком — вне всяких сомнений. Он пользовался уважением равно как среди христиан, так и евреев, и мусульман… Даже послы иностранных держав нередко пользовались его мудрыми советами.
Поскольку калифу приходилось в поте лица трудиться на благо страны, редкие часы отдыха имели для владыки большое значение. Калиф умел их ценить — как, впрочем, и общество красивых и мудрых женщин. Но с появлением Зейнаб на душу калифа снизошел неведомый прежде сладостный покой. Девушка жила для него одного, ее не заботили дрязги и склоки в гареме. Еще и поэтому калифа до глубины души возмутила наглая попытка ее убрать. Она сделала его счастливым. Он же хотел, в свою очередь, подарить ей счастье и сделать ее существование покойным и безмятежным.
Еще до их отъезда в Аль-Рузафу он отдал приказание произвести некоторые перестройки внутри своего гарема. Так и появились укромные и уединенные покои, нареченные «Двором с Зелеными Колоннами». Это был довольно обширный квадратный двор, обнесенный изящными портиками со стройными колоннами из зеленого агата, присланными калифу из Эйре. Кровли над двориком не было. В самом же центре двора красовался зеленый мраморный фонтан в обрамлении из вызолоченной бронзы. На бортике бассейна располагались двенадцать фигур: с одной стороны лев стоял лицом к лицу с драконом, антилопа — с орлом, а крокодил — с грифом. С другой же стороны таким же образом располагались голубь, сокол и коршун, глядящие на утку, курицу и петуха. Все фигуры были отлиты из чистого золота и обильно усыпаны драгоценными геммами. Изо рта каждой фигуры били чистые струйки. Пол же был выложен белыми и зелеными квадратными мраморными плитами.
Лишь одна узенькая дверь вела во двор из гарема. На противоположной же стороне располагались двери, ведущие во внутренние покои, двери роскошные, двойные, черного дерева, богато инкрустированные золотом. Снаружи и изнутри красовались золотые рукоятки в виде львиных голов держащих в зубах тяжелые кольца. Снаружи покои охраняли сакалибы — все двадцать четыре часа в сутки, вдоль всего портика стояли белоснежные и зеленые фарфоровые ящички, в которых цвели роскошные гардении, в воздух витал дивный аромат…
Внутренние же покои состояли из четырех раздельны комнат — большого зала, где Зейнаб могла развлекать господин, уютной спальни, кухни и нескольких комнат поменьше, для слуг. Все комнаты были богато изукрашены бархатом, шелками и атласом… И мебель тут стояла самая изысканная.
Наджу отрядили на невольничий рынок, чтобы выбрать и купить самую искусную повариху.