Когда Кольцов обретает уверенность в победе, непредсказуемая карта заставляет его дрожать от ужаса. В помещении казино высшего разряда – отделанных мрамором и дорогими материалами – он чувствует себя словно на ловушке радиоактивной войны, где каждый шаг может быть фатальным....
В начале девяностых годов, когда демократы, пришедшие к власти, стали закрывать институты и морить голодом ученых, достать нужные приборы и нанять ученых большого труда не составляло. Нужно было лишь иметь серьезные финансовые капиталы, а с таким спонсором, как наш компаньон – американский миллиардер Грегори Чарльз Ларсен, это и вовсе не проблема. Мы почти десять лет долбили грунт, подбираясь к урановой руде и заодно оборудуя фабрику по обогащению урана и монтажу атомных взрывных устройств.
– А за то время, что вы долбили шахты, подбираясь к урановой руде, от лучевой болезни умерло несколько тысяч местных жителей, – сказал зло, как выплюнул, Глеб, бессмысленные смерти были ему противны.
– Вы неплохо подготовлены, молодой человек, – заметил Яков Михайлович, в его взгляде вновь вспыхнули искры профессионального интереса. – Действительно, в первое время у нас гибли черные из местных аборигенов. Позже мы стали нанимать работников из разных стран Африки и, естественно, пришлось менять технологию добычи.
В голосе Шубина звучала неприкрытая гордость за «проделанную работу». Он подробно рассказал, как обустроено «осиное гнездо», так что американские спутники-шпионы, оснащенные аппаратурой, буквально вынюхивающие повышенный радиоактивный фон, по несколько раз на день пролетая над этим районом, не смогли засечь ни урановые разработки, ни изготовление ядерного оружия. Причина тому – правильное планирование подземного комплекса.
