Когда Кольцов обретает уверенность в победе, непредсказуемая карта заставляет его дрожать от ужаса. В помещении казино высшего разряда – отделанных мрамором и дорогими материалами – он чувствует себя словно на ловушке радиоактивной войны, где каждый шаг может быть фатальным....
– К двухтысячному году наши спецы собрали первый фугас, мощностью двадцать килотонн, – наконец с пафосом произнес Яков Михайлович. – А к две тысячи второму их было уже пять.
– Ну не коллекционировать же вы их собирались? – негромко спросил Вармаков.
– Верно подмечено, молодой человек, – уже совсем освоился среди смертников экс-полковник."
"– Используя мои давнишние дипломатические связи на Ближнем Востоке, мы стали вести переговоры с Саддамом Хусейном. Ирак длительное время находился в международной изоляции и в любой момент мог стать объектом агрессии Америки, ядерные фугасы – вот единственное, что могло остановить новую войну.
– И много вы хотели за свои цацки? – снова не удержался от вопроса Макс.
– По двести миллионов за каждую.
– Не слишком ли дорого? – теперь спросил частный детектив. Названная сумма превышала все его способности восприятия, потому что была больше, чем бюджет некоторых африканских стран. Но тем не менее вопрос ничуть не смутил отставного военного разведчика.
– Есть вещи, которые считаются абсолютно бесценными, скажем, «Мона Лиза» да Винчи, или что-то в этом роде.
– Ну что же, все предельно ясно, – Глеб почесал переносицу. – И чем закончился торг с Усатым?
– Хусейн то соглашался, то пытался торговаться, то снова соглашался.
«Никакой мистики, – мысленно возразил Кольцов, которому было известно значительно больше, чем предполагали его собеседники.
