Когда Кольцов обретает уверенность в победе, непредсказуемая карта заставляет его дрожать от ужаса. В помещении казино высшего разряда – отделанных мрамором и дорогими материалами – он чувствует себя словно на ловушке радиоактивной войны, где каждый шаг может быть фатальным....
Двое впереди, двое их страховали чуть поодаль, все вооружены помповыми ружьями, оснащенными мощными тактическими фонарями, прикрепленными к стволам.
Охранники двигались как опытные солдаты, готовые в любую секунду ответить ураганным огнем. Они совсем не походили на тех увальней, которые сопровождали Осьмухина по городу. Умение перевоплощаться – один из козырей телохранителей.
Пройдясь вдоль ограды, бодигарды перекинулись парой фраз на французском, потом гаркнули на собак, которые с обиженным визгом унеслись прочь от забора.
"«Французы наверняка птенцы Иностранного Легиона, – наблюдая за удаляющимися охранниками, решил Кольцов, – уж эти умеют сражаться и ценить свою жизнь. Вола за хвост вместо службы тащить не будут. Охрана виллы почти идеальна, никаких внешних признаков сигнализации, что и должно соответствовать образу добропорядочного и законопослушного бизнесмена. Зато внутри выдрессированные доберманы, которые надежнее любой электроники, и охранники с крупнокалиберным оружием. Пройти через такое можно, разве что усыпив всех или уничтожив.
Больше не имело смысла лежать под оградой «добропорядочного» бизнесмена. Выбравшись из укрытия, Глеб сунул в рюкзак маскировочную накидку и быстрым шагом направился в сторону туристического поселка.
Сладкий сон Глеба совершенно не вовремя прервал вскрик:
– Подъем, господин сыщик! Время не ждет.
– Что такое? – невнятно переспросил спросонья Кольцов, протирая глаза и удивленно глядя на стоявшего перед ним репортера.
– Пришло мое время, – с пафосом произнес Малкин. Как успел заметить сыщик, журналист вырядился в костюм, на пухлом пальце демонстративно прокручивал брелок с ключами от «БМВ».
– Какое такое твое время? И вообще, что происходит?
– Боевые пловцы сходят на берег, и я хочу познакомиться с ними поближе. В конце концов, мы с ними граждане одной страны, и нам есть о чем поговорить вдали от родины.
– А ты не боишься, гражданин, осененный звездно-полосатым флагом, что земляки, едва лишь что-то заподозрив, в момент свернут тебе шею, как паршивому куренку? У этих парней рефлексы действуют куда быстрее, чем мыслительный процесс, – попытался вразумить бравого репортера Глеб.
– Я буду осторожен. – Прыти у американца заметно поубавилось.
– Ну да, так говорят девственницы, отправляясь на вечеринку, – хмыкнул сыщик.
