Автор
Сновидения с редкими радужными красками проникают во мне. Меня охреневает эта пестрота, и я мечусь по ним — от игривых глаз до губных лалок на невероятно сладких и смеющихся устах. В реальности же все так и остается на уровне прикосновений. Но зато во мне горит надежда: может, в будущей жизни будет пострашнее?...
Места в доме отца всем хватит… Если к себе не хочешь…
— А ты у нас миротворцем заделался?
— Нет, ты мне по-прежнему не нравишься и я искренне считаю, что сестра просто башкой сильно ударилась, раз вообще в твою сторону посмотрела…
— Ну тогда о чем базар?
— О том, что я и отец не хотим, чтоб она жила… там, где вы сейчас живете… Бля, Сом, ну это же смешно! У вас обоих на счетах полно бабла, а вы деньги до зарплаты считаете…
— Слушай… — прерываю я его, — а тебе никогда не хотелось пожить… Ну, не придатком Игоря Геннадьевича Солнечного, а самим собой, а? Просто Игорем Солнечным? Просто почувствовать, насколько ты — это ты?
— Не понял…
— Ну вот, когда поймешь, тогда и приходи.
Длинный смотрит на меня какое-то время, потом коротко кивает и, пожав руку на прощание, уходит.
А я остаюсь сидеть на своем рабочем месте. Прикуриваю, щурюсь в окно на двор, залитый лучами весеннего солнца.
Наверно, когда-то я буду думать по-другому. Наверно, когда-то поменяется мое настроение, может, надоест работа или захочется, как прежде, безграничных возможностей… Но теперь я знаю, что это все — такая наносная хрень…
Самое клевое, что есть в мире — выбор.
Осознанный выбор кем быть, как себя ощущать, о чем думать. Можно иметь кучу бабла и считать себя уродом, никчемным и никому не нужным… Прятаться за маской вечного разгильдяя и баловня судьбы, размениваться на короткие связи, пустых людей, не думать о будущем, застывая в вечной роли…
А можно попытаться отыскать под ворохом грязи себя, отчистить его, рассмотреть и подумать, а как быть дальше? Кто ты дальше? И что ты можешь.
Прикольно, что я помню каждый наш с Радужкой день, каждое мгновение, и вообще не помню свои первые двадцать четыре года жизни. Словно в мороке был, вязкой темной субстанции, про которую и сказать-то нечего…
Я не знаю, что будет дальше, но я точно знаю, кто я сейчас.
И кем я никогда больше не буду.
Звонит телефон, Радужка смотрит с экрана серьезно и напряженно.
— Поняшка, что?
— Слушай… — она мнется, — мне тут кое-что в голову пришло… И я проверила… Короче, Сомик… А как, кстати, размножаются Сомы?..
Мы вместе все преодолеем. Я знаю, верю и не спорь.В осенний мрак и грусть длиннее, вот только мне легко с тобой.Все будет сложно, будет просто, да как написано судьбой.Но каждый острый перекресток легко перешагнуть с тобой.
