Рафаэль, царь крыс, ищет помощи у Аниты Блейк для победы над соперником. Но веркрысы боятся, что Рафаэль бросит их на растерзание кровососов. Новый претендент на трон угрожает всему миру, создавая конфликт между выживанием и властью.
В какой-то момент я вдруг наткнулась на кого-то, от кого не смогла покормиться, как будто какой-то камень попался мне в потоке этой силы, и я поступила так, как поступает вода: обогнула этот камень и двинулась дальше, к другим лицам, телам и различным эмоциям — от радости до счастья, — удерживая себя, чтобы не пожирать эти чувства, и ко мне начали подниматься лица, озаренные весельем и принятием, и это был лучший пир из всех, потому что они делились со мной своей энергией. Делиться мне нравилось больше, чем забирать. Я прошла тысячи и тысячи людей, а потом вернулась обратно, как возвращается океан, отступая от берега, и снова напоролась на этот камень, который не могла поглотить. Я застыла, как если бы океан мог застыть, напоровшись на одну-единственную гальку. Что это было? Кто это? Я толкнулась в этого кого-то, сконцентрировала на нем всю свою силу… ему было слегка за двадцать, симпатичный, приятные черты лица, светло-коричневая кожа и серо-зеленые глаза. Не будь у меня для сравнения микиных глаз, я бы назвала их экзотичными. Их взгляд был высокомерным, непокорным, яростным, но подо всем этим был… страх и… что-то… что-то еще. Я нырнула глубже в эти лесисто-зеленые, туманно-серые глаза, встретила их взгляд и поймала это что-то. Энергия Гектора, потому что это был именно он, пульсировала, пытаясь оттолкнуть меня, пытаясь защитить что-то от меня, от нас — я не очень понимала, от кого, но это не имело значения. Энергия была горячей только сверху, как глазурь на торте, а то, что лежало под ней, казалось холодным — гораздо холоднее оборотня. Гектор попытался вытолкнуть нас наружу, и ему почти удалось подтолкнуть нас к поверхности. Мы вернулись обратно, глядя ему в лицо, и его глаза были как лес и туман, и вдруг они наполнились коричневым светом — таким темным, что он казался почти черным, как если бы лес накрыла ночь и начала пожирать его. Гектор был moitié bête мастера вампиров. Мастера, который не принадлежал к вампирам Жан-Клода.
— Как это вообще возможно, чтобы мастер вампиров умудрился полностью скрыть от нас свое присутствие? — Спросила я, направляясь к изножью кровати Жан-Клода.
Я пришла к нему за сочувствием и обнимашками, а также для того, чтобы попутно обсудить мерзкий сюрприз, который подложил нам Гектор. Однако я не могла залезть на кровать, чтобы получить свою дозу комфорта, потому что вместе с Жан-Клодом там уже находился Ашер, а он не был в моем списке для обнимашек.
