Автор
Прокоп, обычный человек, решается на невероятно рискованный эксперимент. В его видениях открывается необъятная сила Земли, но и потусторонний мир ужасов. Солнышко отсутствует, а над головой — чудовищные тени на кромсаем земном шаре.
Пока шафик говорил, он быстро надел повязку, которая полукруглыми утолщениями закрыла глазные впадины наглухо, а потом протянул руку вперед:
– Все понял. Веди.
– Э-э, нет! И тут не так все просто. На этот раз я тебя буду катать на себе. – Торговец завел руку невидящего товарища себе на плечо и подставил спину: – Запрыгивай!
Сомнения у короля все же появились:
– Но ведь у тебя нога сломана. Вряд ли уже срослась как следует.
– Ничего-ничего. Мне, выражаясь фигурально, всего несколько шагов сделать надо.
– Эх… Теперь понятно, почему ты кольчугу и латы запретил надевать."
"После этого местный монарх чуть подпрыгнул и грузно оседлал своего товарища. Хорошо, что при этом он не видел, как Дин покривился от неприятных ощущений в ноге: Бонзай Пятый весил килограмм на тридцать больше, чем он сам.
Потом шафик чуть покачался для устойчивости и стал делать первые шажки. И ожидания не обманули короля: грохот буквально оглушил, непонятный скрежет ошарашил, а яркие разноцветные вспышки прорвались даже сквозь плотно сжатые веки и многослойную белую повязку.
Привычные ощущения собственного тела вернулись быстро и неожиданно, под шум раскатистого грома, словно уносящегося куда-то вдаль. Только тогда Бонзай услышал сдавленный хрип:
– Все, приехали! Слезай! И, твою мать, прекращай меня душить…
Непонятное в данной ситуации упоминание матери вернуло Бонзаю рассудительность, и он осознал, что действительно переборщил с объятиями.
– Снимай повязку!
После этого король несколько минут рассматривал представившуюся его взору панораму.
– Остров Меч!.. – выдохнул Бонзай в блаженном восторге.
– Он самый, – подтвердил шафик, продолжая массировать шею.
