Автор
В душную минуту в гостиной Мередит зазвонил автоответчик. Паркер понимал: это опять звонок отца. Бледная и измученная Мередит стояла у окна, молча переживая кризис. Новый вызов подчеркивал разрыв между ними — ни слова доверия, ни даже предупреждения.
— Мередит, — почти кричал он, — у нас подложена бомба! Террорист позвонил в полицию и пообещал, что взорвет бомбу через шесть часов! Саперы уже выехали, и мы эвакуируем людей!
Мередит механически дала ему те же инструкции, что и Макинтайру, и попрощалась. Несколько мгновений она не могла собраться с мыслями и наконец, оглядев окружающих, с трудом выговорила:
— Звонили из Далласа. Там тоже угрожают взрывом. Звонивший пообещал взорвать бомбу через шесть часов.
В зале раздался хор взбешенных восклицаний и гневных проклятий, немедленно и потрясение замерших, когда телефон снова взорвался пронзительным звонком.
— Мисс Бенкрофт, — послышался незнакомый голос, — это капитан Мэттисон из Первого округа. Мы только что получили анонимный телефонный звонок от человека, утверждающего, что заложил в ваш магазин бомбу, которая взорвется через шесть часов.
— Подождите, пожалуйста, — попросила Мередит, отыскав глазами Бредена, и протянула ему трубку.
Словно парализованная болью и яростью, она ждала, пока Марк засыпал вопросами капитана полиции, которого, по-видимому, хорошо знал. Закончив разговор, Бреден обернулся к молчаливому собранию.
— Леди и джентльмены, — глухим от гнева голосом начал он, — в наш универмаг подложена бомба.
Он поспешно оглядел остальных. Они выглядели напряженными, но собранными, и Марк коротко кивнул, уже готовый уйти и проинструктировать служащих своего отдела насчет порядка эвакуации.
— Прошу на всякий случай захватить с собой пейджеры, — напутствовал он."
"Через десять минут Мередит осталась одна на всем этаже. Стоя у окна, она прислушивалась к вою сирен и наблюдала, как пожарные и полицейские машины мчатся по Мичиган-авеню, как полиция ставит ограждение у магазина, а посетители толпами валят на улицу, и тяжелый ком в груди все рос и сжимал сердце, и ей показалось, что дышать больше нет сил.
